Люба оперативно отстёгивала ремень безопасности. Она знала о склонности Николая к некоторой ностальгии и была готова к последовавшему вопросу.

— Любушка, ты как, надумала что-то по поводу нас с тобой?

— Коля, нет никаких «нас», да пожалуй, и не было! Я не встречаюсь с женатыми мужчинами.

— Всё простить не можешь… Но у тебя же нет никого, я знаю.

Надо же, какая осведомлённость!

— А этот инсайд откуда? — усмехнулась Люба, взявшись за ручку двери.

Но Николай перехватил её руку. Люба почувствовала слабый запах приятного мужского парфюма и напомнила себе, что должна быть твёрдой. Как скала.

— Коля, ты забыл, что к нам едет ревизор? В том числе, по поводу слухов о нас с тобой?

— Очень жаль, что беспочвенных слухов, Любушка, очень жаль! Мы же взрослые люди. Ревизор приедет и уедет. А мы останемся.

— Коля, у меня тоже есть инсайд, и я в курсе, сколько у тебя взрослых отношений на стороне. И не хочу знать, да знаю. Так что не прибедняйся. Я очень благодарна тебе за информацию и за заботу, но на этом всё. Убери руку.

Николай вздохнул и отодвинулся.

— Я буду ждать, Любушка. Повторил я в миллионный раз, — немного грустно усмехнулся он. Но Люба понимала, что это часть игры.

«Как в некоторых мужчинах сочетается это? Быть хорошим семьянином, обожать своих детей, но при этом постоянно ходить налево?», — размышляла Люба, поднимаясь по лестнице подъезда. Слишком хорош, чтобы принадлежать одной женщине?

Миронов уже два дня жил в санатории. Вообще, за прошедшие годы он привык отдыхать за рубежом; особенно ему нравилось в Европе, где можно было не просто вялиться на солнце, лёжа на комфортабельном пляже, но и увидеть многие достопримечательности, окунуться в загадочную старину.

Яков Александрович не любил проводить время в праздности. Вот и сейчас он работает, хотя со стороны может показаться, будто отдыхает.

Нужно признаться, в санатории ему нравится. Чистота, порядок, диетическое питание, профессионализм и безупречная вежливость врачей и персонала… Ему даже будто легче стало, а то за несколько дней до поездки обострился гастрит. Яков уж думал, сорвётся командировка. Но на третий день словно немного отпустило, и вот он тут, в санатории «Ключики».

Главного врача ещё не видел, но готовится к встрече. Интересно, кому эта Любовь Евгеньевна сделала что-то плохое? Либо кому-то очень хочется занять её должность. Анонимный писарчук буквально одержим идеей стереть её в порошок. И чем дольше Миронов жил в санатории, тем больше убеждался в том, что нападки на главврача безосновательны.

Он не первый год работает в министерстве здравоохранения и знает, о чём говорит.

Что ж, ещё день отдыха. А завтра необходимо встретиться с Любовью Евгеньевной, раскрыть карты и выслушать её версию происходящего.