Ей подумалось, что «играю», наверное, звучит слишком претенциозно, но она оставила свои мысли при себе.

Леди Данбери снова стукнула тростью:

– Что-то я не узнаю эту девочку за фортепиано.

– Мисс Уинтер, гувернантка младших дочерей Плейнсуортов. Кузина Сара заболела, и нужно было её заменить. – Онория нахмурилась. – Я думала, кто-то сделает объявление.

– Возможно, об этом объявляли. Я не слышала.

У Онории вертелось на языке замечание, что она искренне надеется, что леди Данбери не слышала сегодня вечером совсем ничего, но она проглотила его.

Она должна держать марку, и вина за её раздражительность целиком и полностью лежит на Маркусе… И немного на Фелисити Фезерингтон.

– Куда ты всё время смотришь? – коварно спросила леди Данбери.

– Никуда, – быстро ответила Онория.

– Тогда на кого ты смотришь?

– Опять же, ни на кого в особенности, мэм, – проговорила Онория, как она надеялась, приветливо.

– Хм. А ведь он приходится мне племянником, знаешь ли?

Онория старалась сохранять спокойствие:

– Чаттерис. Мой внучатый племянник, если говорить точно, но все эти приставки заставляют меня чувствовать себя древней старухой.

Онория посмотрела на Маркуса и снова на леди Данбери:

– Маркус… То есть лорд Чаттерис ваш племянник?

– Он, конечно, навещает меня не так часто, как следовало бы.

– Ну, он просто не любит Лондон, – не подумав, брякнула Онория.

Леди Данбери лукаво усмехнулась:

– А, так тебе это известно.

Онория ощутила, как краснеет:

– Мы знакомы почти всю жизнь.

– Да, да, – проговорила леди Данбери, – я слышала об этом.

И она нагнулась к Онории с пугающим блеском в глазах:

– Лучше не надо, – вяло возразила Онория, поскольку выражение лица старой дамы не предвещало ничего хорошего.

– Пфф, доверься мне. У меня прекрасный опыт в делах подобного рода. – Она сделала паузу. – Пока только один, однако я с надеждой смотрю в будущее.

– О чём вы? – в отчаянии спросила Онория.

Но леди Данбери её проигнорировала.

– Мистер Бриджертон! Мистер Бриджертон! – С воодушевлением выкрикнула она, помахав рукой. К несчастью, именно в этой руке была зажата её трость, поэтому Онории пришлось приседать и уворачиваться, чтобы не получить по уху.

Когда Онория смогла распрямиться, к ним подошёл красивый мужчина с дьявольским блеском в зелёных глазах. За миг до того, как он представился, он узнала Колина Бриджертона, одного из старших братьев Грегори. Онория не была знакома с ним, но она слышала, как вздыхали по нему её сёстры, пока оставались незамужними. О его очаровании, как и о его улыбке, ходили легенды.

А сейчас его знаменитая улыбка адресовалась ей. Онория ощутила, как её желудок совершает кульбит.