Теперь назад, да? Предлог нашел...

Влад вдруг расхохотался. И этот переход от гнева к смеху испугал больше, чем если бы Влад попытался ударить.

– Я... Мишка знает, что ты тут живешь. И если со мной что-то случится...

Алена отступила к стене, сдерживаясь, чтобы со всех ног не броситься во двор, крича о помощи. Влад поднял руки вверх, увидев молоток, бросил и протянул раскрытые ладони.

– Погоди. Да стой ты. Ничего я тебе не сделаю. Тем более что Мишка знает. Мишка – это аргумент. И я ненормальный. Да, я ненормальный, если ввязался в эту историю.

Шаг влево, и теперь Влад загораживает проход, отрезая путь к бегству.

– Он... он говорил, что ты на учете.

– На учете, значит. С головой не дружу. А он так наоборот. Черт, и ведь не поспоришь. Я ж и вправду на учете состоял. И в психбольнице лежал. Видишь, каюсь в грехах как на духу. Да постой ты... авария была. Сотрясение мозга. Последствия...

Влад бросился вперед, схватил, прижимая Аленины руки к бокам.

– Да стой ты! Не съем я тебя! Значит, Мишка заходил?

Алена кивнула и прошипела:

– Отпущу. Потом. А Мишка, он тебе кто?

– Никто. Муж подруги.

– Ты хорошо его знаешь?

Вопрос Влада удивил Алену. Хорошо ли она знает Мишку? Да, конечно, хорошо! Он познакомился с Танькой в парке и долго ухаживал, каждый день таскал цветы, а признаваться в любви не спешил. Робел. Он вообще весь такой, вроде бы и спокойный, надежный, а по характеру так робкий.

– И кто это тебе сказал? Или собственные наблюдения?

– Собственные, – огрызнулась Алена.

Чем дальше, тем меньше нравился ей этот разговор. Алена попыталась вырваться, но Влад держал крепко.

– Твоя подруга ведь знает про твою бабку-ведьму?

Так вот к чему он ведет, сыщик-любитель, Шерлок Холмс деревенский.

Мишку подозревает. Конечно, Танька рассказала ему про Аленкину бабку, а Мишка, будучи на самом деле скрытым психом, ненавидящим ведьм, решил от Алены избавиться.

– Неужели? – Влад не спешил раскаиваться. – Но возвращаясь к первому вопросу. К примеру, знаешь ли ты, что его мать, сестры и брат погибли? И что именно мать, дождавшись, когда дети заснут, подожгла дом? Мстила мужу, сбежавшему к любовнице.

Боже мой! Какой кошмар!

– Та же, из-за которой разыгралась трагедия, повесилась.

Печально, правда?

– Я не понимаю, при чем...

– При том, что до сих пор поговаривают, будто самоубийца не сама в петлю шагнула, помогли ей. Кто? А тот, у кого она душу на силу ведьмовскую обменяла. И кого ради ворожила и привораживала. И кому в жертву семью принесла. Только вот ему, неназываемому, жертв всегда мало. Вот и прибрал верную служанку. Итак, имеем парня, потерявшего из-за ведьмы всю семью. Вот тебе и мотив.

Он наконец разжал руки и предложил:

– Пошли, что ли, поговорим по-настоящему.