— Я не хотел тебя напугать, — сказал Лоррет, поднимаясь на ноги. — Прости. Осторожно.

Мы с Кэррионом отодвинулись назад, когда сотни сверкающих осколков металла снова поднялись в воздух, на этот раз благодаря Лоррету, который с помощью своей магии собрал их вместе, а затем жестом велел им опуститься в керамический горшок на каминной полке над огнем. Он взял его и протянул мне с самодовольной ухмылкой.

— Вот и все. Легче легкого.

Многие вещи становятся проще, когда ты обладаешь магией. Я прижала горшочек к груди, чувствуя, как волнение разливается по моим венам. Если я смогла убедить ртуть заключить подобную сделку, то с кольцами все должно быть просто.

И я должна отлить меч. Не какой-нибудь крошечный кинжал, едва способный порезать бумагу. А настоящий, мать его, меч.

Я по-волчьи ухмыльнулась темноволосому воину.

— Лоррет. Какое совпадение. Я как раз собиралась тебя искать.

В кузнице было жарче, чем в пятом круге геенны огненной. Пот стекал по моей спине, пропитывая рубашку. Штаны прилипли к ногам, но мокрая одежда была небольшой платой за прогресс, а у меня, кажется, впервые что-то получалось.

Меч Дании был выплавлен идеально.

Ртуть совсем не смеялась надо мной, пока я работала. Она не отделялась от стали и не отказывалась соединяться вновь. В кои-то веки она была молчаливой и готовой к сотрудничеству. Но ее внимание привлекла ответственность, возложенная на мои плечи. Ей было любопытно. Она хотела увидеть, какой меч я выкую из нее и смогу ли выполнить свою часть сделки.

Я много лет мечтала создать нечто подобное. Еще в Зилварене у меня было столько эскизов, набросков, которые я так и не смогла воплотить в жизнь из-за нехватки материалов.

Если ртуть хотела снова стать оружием, привлекающим внимание людей, то я не собиралась ее разочаровывать. Однако кое с чем мне могла понадобиться помощь. С чем у меня было мало опыта.

Солнце уже садилось, когда я вышла из кузницы в поисках Лоррета. Он сидел на камне у костра и метал кинжал в ствол мертвого дерева, уже преданного забвению. Кэррион что-то готовил в котелке на огне, его рот был сжат в ровную линию. Он увидел меня и, нахмурившись, указал на Лоррета.

— Все эти ублюдки — обманщики.

Лоррет от души рассмеялся и протянул руку.

Кинжал, который он только что всадил в ствол дерева, освободился и вернулся назад, рукоятью прямо в его ладонь.

— Он только что отобрал у меня одиннадцать читов. Это половина моих денег.

— Ты даже не можешь потратить их здесь, Кэррион, — напомнила я ему.

— Дело не в этом. Дело в чертовом обмане. У нас было джентльменское пари. Мы должны были попытаться попасть в цель столько раз подряд, сколько сможем. Побеждал тот, у кого будет самая длинная серия.

— И? Как он тебя обманул? — Я старалась не улыбаться.