Шувалова она отказалась от этой затеи, но самих масонов не переносила на дух.

Ее преемник Петр III без совета с масонами уже не предпринимал никаких самостоятельных шагов, о чем достаточно зримо говорит хотя бы тот факт, что членом одной из масонских лож был личный императорский секретарь Дмитрий Васильевич Волков, автор небезызвестного «Манифеста о вольностях дворянству» (1762). Более того, по мнению целого ряда историков (О. Соловьев, В. Брачев), его супруга Екатерина II пришла к власти, опираясь на группировку графа Н.И. Панина, ударным орудием которой как раз и были те самые масоны.

Это обстоятельство во многом и определило вполне благожелательное отношение к масонам со стороны императрицы на первых порах: они активно участвовали и в создании Вольного экономического общества (1765), и в деятельности Уложенной комиссии (1767―1769), и в других либеральных начинаниях Екатерины II.

До конца 1760-х гг. масонство все еще оставалось модным увлечением, а его настоящая история начинается с 1770 г., т. е. со времени возникновения так называемых елагинской и рейхелевской (циннендорфской) систем.

Елагинские ложи, получившие свое название по имени великого мастера Великой провинциальной ложи России Ивана Перфильевича Елагина, в общественно-политическом плане представляли собой умеренно-либеральное направление в русском масонстве и пока еще не претендовали на политическую власть. А в состав этих масонских лож входили многие представители столичной знати, в частности граф Р.И. Воронцов, князь А.Б. Куракин, князь Н.Ю. Трубецкой, личный секретарь государыни А.В. Храповицкий и другие. Всего же под управлением графа И.П. Елагина находилось 14 масонских лож, в частности «Муза», «Клио», «Астерия», «Равенство», «Трех подпор», «Екатерина» и другие.

Параллельно с елагинскими стали возникать так называемые рейхелевские ложи, получившие свое название по имени их создателя, генерала русской службы барона П.Б. Рейхеля. Всего под его руководством было создано 8 масонских лож («Аполлон», «Озирис», «Изида»), в основе которых лежала шведская система «строгого наблюдения». Причины повального увлечения шведской системой «строго наблюдения», во главе которых стоял сам король Густав III, заключались в том, что в 1775 г.

в России была опубликована книга Луи Сен-Мортена «О заблуждениях и истине», которая и вызвала новое движение в среде русских масонов. Но противоборство елагинских и рейхелевских лож продолжалось не очень долго, и в 1778 г. они объединились в рамках одних масонских лож.

И раньше, и сейчас разброс мнений относительно истинных и мнимых замыслов масонов и их настоящих «заслуг» огромен. Но в целом их можно свести к трем основным позициям.

Первая группа историков (О.