– Черт! – Хель была застукана с коробочкой «рафаэлок» прямо на месте преступления.

На всякий случай Лея прижимала к себе планшет двумя руками, но темные глаза жадно смотрели на конфеты.

– Придется делиться, – извиняющимся тоном сказала Хель Владу, достала из коробки две конфеты и протянула дочери. – Только не на диване!

– А ему остальное? – нахмурилась маленькая террористка. С новогодней ночи она, кажется, ничуть не изменила своим методам. – Я буду тут есть!

– На! – Хель добавила еще две конфеты. – Брысь!

Лея заколебалась, но получила пятую и этим удовлетворилась, свинтив в комнату с планшетом и добычей.

Влад только тихо посмеивался. Эта женщина умудрялась быть одновременно и очень строгой – и к нему, и к дочери, и к сотрудникам компании, которых, по словам Марка с Денисом, меньше чем за месяц построила так, что даже самые безалаберные приходили на работу вовремя.

И при этом на какие-то манипуляции велась совершенно безбожно. Как тогда, в новогоднюю ночь с ним. Или сейчас с конфетами. Наверняка скоро весь офис нащупает ее слабые места и Хель придется туго.

Владу выделили две конфеты. Подсластить пилюлю.

Он вообще-то не любил сладкого, но тут невозможно было устоять. Чай снова волшебным образом наполнил чашку – и пришлось продолжить.

Рассказать о том моменте, когда он понял, что отец вряд ли когда-нибудь передаст «Лагиан» ему целиком.

По крайней мере, пока жив. А жить он будет еще долго: Влад появился на свет, когда ему было восемнадцать, и несмотря на бурную молодость, Юлиан Владимирович отличался отменным здоровьем.

– Тебе денег не хватало? – прямо спросила Хель.

Влад снова поморщился.

– Не только в деньгах дело… – Он и сам сейчас не помнил до конца свои мотивы.

 – Сын ведь должен превзойти отца, разве не так? Стать круче. А как я могу стать круче, если я развиваю то, что построил он? Это получается, что только его достижения и укрепляю.

– Так ушел бы и сам построил все с нуля.

– Ты не понимаешь! Времена уже – не те! Он начинал, когда отгрохать такую махину самостоятельно было еще возможно, сейчас все рынки поделены, не выбиться.

– Но у тебя была бы фора! Связи, опыт! – горячо возразила Хель.

– А у него был я. И мама. Он сам говорил, что это был крутой стимул.

– Серьезно? – Она округлила рот. – Какой мудрый человек твой отец. Обычно мужчины детей считают только помехой. Слышать это было одновременно приятно и как-то обидно. Влад никак не мог разобраться в своих чувствах.

Суть своей аферы он пересказал быстро и сухо: в конце концов, это было не так уж важно. Госзаказы, откаты, мошенничество с составом лекарств, старое оборудование под видом нового – и счета, на которые выводились активные деньги для отмывания.

Главное было – чем все закончится.