Марго снова сделала реверанс всем присутствующим, вызвав еще больше аплодисментов. Малькольм встал на четвереньки, закашлялся и просипел:

— Прекрати это, Кит. Мама всегда учила меня не драться с девчонками. Мама никогда не ошибалась.

Кит сумел в ответ на торжествующую улыбку Марго состроить гримасу скуки.

— Я думал, ты занималась тэквондо, — сухо заметил он. — Что это был за бросок, когда Малькольм упал во второй раз?

Марго улыбнулась еще шире:

— Ну, когда я первый год училась в старших классах, я занималась дзюдо, пока не выяснила, что учителя не собираются разрешать нам вот так кататься по полу с мальчиками.

— Не говори гадостей, девчонка, — мягко сказал он Марго лишь рассмеялась.

— Что теперь? — с вызовом спросила она.

Кит в глубине души признавал за ней право гордиться собой, но нахальство было опасно. Самое время показать ей, чего она на самом деле стоит. Он ступил на мат.

— Подожди секундочку, дай мне отсюда убраться.

Зеваки стали теснее собираться вокруг мата со всего зала. Кто-то протянул Малькольму стакан воды, который он тут же выпил. К насмешкам и подшучиваниям он отнесся на удивление спокойно, с улыбкой расшнуровывая перчатки, стаскивая шлем и растирая затылок.

Марго наблюдала за ним, сияя удовлетворением, которое согревало все ее тело. Это был час ее торжества, и она знала это. Она прочла завистливое уважение в глазах Малькольма и явный интерес к себе на лицах нескольких человек, аплодировавших ей. «Наконец-то, — подумала она, — наконец я что-то сделала здесь так, как надо!» Может, теперь Кеннет «Кит» Карсон начнет проявлять к ней хоть немного уважения!

Высоко подпрыгнув, Марго играючи ринулась прямо к нему.

Впоследствии она так и не разобралась, что именно он сделал, кроме того, что он повернулся и поднял одну руку, тогда как другая опустилась.

Марго так и не поняла, коснулась ли она его или он ее, но девушка вдруг оказалась сидящей на ягодицах у края мата на твердом, холодном полу. Боль пронзила ее позвоночник снизу доверху.

Когда Марго оправилась от шока, все, что она сумела сказать, это жалобно вскрикнуть «ой!». Она сердито повернулась к Киту:

— Вы бросили меня мимо мата!

— Нет, — ответил он, чуть заметно улыбаясь, — это ты сама бросила себя мимо мата.

— Ладно, — добродушно сказал он, — хочешь немного позаниматься серьезным спаррингом?

Этого уязвленное самолюбие Марго выдержать не могло. Она ринулась в бой, начав еще один отличный высокий передний удар ногой — вот только головы Кита не было там, куда она метила. Его голова оказалась позади и ниже ее пояса, а левая ступня Марго, на которую она опиралась, вдруг очутилась чуть выше места, где обычно находилась ее левая лодыжка, и почти на фут впереди него, тогда как ее спина быстро перемещалась прямо к полу.