— Я же говорила вам, мистер Карсон. У меня нет ни малейшего намерения возвращаться обратно. Я собираюсь стать разведчицей времени, и мне наплевать, во что это мне обойдется.

Он вспомнил о Екатерине Великой и ее русском кабане, и ему стало любопытно, что бы это юное дитя стало делать в подобной ситуации. Завопила бы, как разгневанная школьница, или разразилась протестами насчет жестокого обращения с животными?

— Угу. Просто интересно, сколько у вас денег, дитя? Ее лицо некстати покраснело.

— Достаточно. И к тому же я устраиваюсь на работу.

— И что же вы собираетесь делать? — вспылил Кит. — Разносить коктейли в этой вашей чертовой кожаной мини-юбке?

— Послушайте, мистер Карсон, я останусь на этой станции, и плевать я хотела, сколько мне для этого потребуется времени и кого мне придется искать, чтобы он выучил меня. Но я намерена стать разведчицей прошлого. Я надеялась, что мне удастся убедить вас передумать. Я не дура, и у меня есть некоторые отличные идеи, как преодолеть неудобства моего пола. Но я не собираюсь стоять здесь и выслушивать оскорбления, как какой-нибудь нашкодивший ребенок, потому что я не ребенок.

«Ты почти ребенок, черт возьми», — мысленно проворчал Кит. На него произвело впечатление ее упорство, и его тронуло, что она так решительно стремилась черту в зубы. Кит откинулся в кресле и провел пятерней по своим седеющим волосам.

— Знаете, Марго, я восхищаюсь вашей целеустремленностью. Поверьте, я говорю это вполне искренне.

Выражение ее глаз, внезапное и неожиданное, расстроило Кита.

«Боже правый, неужто она сейчас расплачется?» Кит прокашлялся.

— Но мне не хочется становиться одним из виновников вашей смерти, которая скорее всего будет неопрятной и очень мучительной. Вам не приходилось читать какой-нибудь из отчетов разведчиков вот здесь? — Он показал ей номер «Газеты Шангри-ла». — Или раздел некрологов?

Некрологи разведчиков прошлого занимали целую страницу небольшой газетки. Подробности подчас были ужасны.

— Все время какие-то люди умирают.

— Да, конечно. И разведчики прошлого тоже. Позвольте, я расскажу вам, как умирают разведчики прошлого, дитя. Сэм Одинокий Орел с ВВ-37 попал в лапы инквизиции. Его сожгли заживо, сначала содрав бичами кожу со спины и сломав на дыбе все крупные кости. Его напарнику удалось ползком вернуться на станцию с ужасными ожогами после попытки спасти Сэма. Дэвид прожил еще месяц. Сестры в госпитале говорили, что он все время кричал от боли.

Марго побледнела. Но продолжала упорствовать.

— Ну и что? Меня тоже может переехать автобус, а жертвы авиакатастроф зажариваются ничуть не хуже. Кит воздел руки к небу.

— Побойтесь Бога, Марго. Инквизиция — не тема для шуток. Вы не видели камеры пыток. А я видел. И у меня остались шрамы, которые это доказывают.