А отец вопросы не задаёт, иногда просит ссудить денег на развитие таверны и проведение ремонта в здании гостиницы. Тут, перед осадой, запаслись продуктами. Так существенно потратились, причём башлял, получается, за всё я. Как это получается у папы, ума не приложу, когда я с ним разговариваю, насчёт денег, то теряю нить разговора уже на первых его фразах, а потом прихожу в себя, когда с кулона ему деньги перекидываю, естественно, никакой речи о возвращении денег мне, вовсе не идёт. Это, как бы подарок от меня отцу. Я теперь уже начинаю запасы просто делать в звонкой монете и храню эти запасы, у своих партнёров. Так что потихонечку приноравливаюсь, к резко сменившимся обстоятельствам. Мне и номер подобие вашего, отец выделил, так что я теперь вроде, как очень важная персона. От того, мои родственнички и бесятся, как не крути, я среди них, получается, почти самый младший, а им приходиться МНЕ прислуживать. Так-то. А на этом фоне и к тебе отношение поменялось. К тому же, ваш конфликт с торговцами и чем он закончился, многие видели. И северяне тут о вас разговоры вели, пока вы по подземельям лазили и перед убытием, многих предупредили что, если с вами что случится и они найдут виновных, то им очень, очень не поздоровится. Вас называли господами, от того и пошло. Здесь же сработали ваши отступные, что вы получили, за сыновей торговых партнёров отца. Многие слышали, какие суммы вы обговаривали, о таких деньгах многие, вообще, не слышали никогда в жизни, тем более, их видеть.

Я немного переменился в лице и эта перемена, от внимательного взгляда Чили, скрыться не смогла…

– что, уже были проблемы??

Вот же проницательный сынок у Кира…

Он только головой качает…

– многие хотят вас попросить деньгами поделиться – говорит он задумчиво, – может охрану вам нанять?? За нить и клей я этот вопрос легко решу.

Я же, только демонстративно перстень жёлтый на пальце крутанул…

– богаче станем – улыбаюсь я – да и есть, кому за мной присмотреть.

Чили, уважительно переводит взгляд на мой статусный экземпляр артефакта от воров, качает головой, но к этой теме больше не возвращается.

– Стани там что-то о клее и нитках говорил – просящим голосом говорит наш торговый друг.

Я же, начинаю вытаскивать из пространственной сумки, полностью забитой до отвала, и мясом, и нитями, и оружием, и вещами убитой дроу, катушки с нитями и склянки с клеем.

– А артефакты?? – Не унимается Чили.

Я же, в сердцах, нагло сплёвываю, на вычищенный пол номера…

– да когда… мы там… – и тут же пресекаюсь, едва про убитую дроу не сказал.

Нет… таких новостей, боюсь, Чили не переживёт. Меньше знает о нас, крепче спит.

– Не успел – лаконично отвечаю я, но взгляд у друга красноречив…

Эх, ну не нужны тебе наши тайны, опасные они, я чувствую.