Риссан и Сайенар, сначала такие холодные, как айсберги, теперь носятся со мной как курица с яйцом. С Ониксом у меня вообще странная связь. И это непонятное напряжение между мужчинами… Ревность? Бред!

А ведь меня к ним тянет. Причем ко всем сразу. Более того, каждый занял свое место в моем сердце и душе. Теплый и родной Сайенар. Холодный и расчетливый Риссан. Оникс, мой темный демон. Завораживающе прекрасный Нэйлар. Мне они все нравятся. И это отнюдь не сестринские чувства. Даже эссин…

«Нет! Да что же это со мной происходит?» – схватившись за виски, я вскочила на ноги и глухо застонала.

Разболелась голова, раздражение и непонятное чувство давления усилилось. Захотелось на воздух, убежать подальше от всех и никого не видеть! Внезапно низ живота пронзила тянущая, острая боль. Скрутило так, что я, задыхаясь, упала на колени и уперлась руками в пол. По ногам потекло что-то липкое и теплое. Увидев, что это, грустно улыбнулась.

«Поздравляю, Гелия, – сказала я сама себе, – ты наконец-то стала девушкой. Вот тебе и ответ на вопрос. Это банальное пмс. Гормоны шалят. Отсюда и перепады настроения, и все остальное…»

Эссин сидел в своем шатре, сняв надоевшую маску.

Вальяжно развалившись в кресле, он крутил в руках недопитый бокал красного вина. Черный халат, расшитый серебряными драконами, был распахнут на груди, а длинные смоляные волосы спускались ниже плеч, падая на обнаженную грудь тугими блестящими локонами.

Напротив, в таком же кресле сидел Аласт. Друг детства, соратник и начальник императорской стражи. Черный дракон мог доверять только черному дракону.

– Скажи, Аласт, – проговорил Кирран, задумчиво любуясь бликами света в хрустальном бокале от горящих свечей.

 – Ты веришь в возращение лайферри?

– Проклятый род? – дождавшись кивка, дракон ответил: – Нет.

– Потому что это всего лишь сказка. Красивая, но очень грустная. А я уже давно вышел из того возраста, когда верят в подобное.

– А если я скажу, что, возможно, нашел одну из них?

– Тогда я скажу, что ты сошел с ума. Или кто-то очень хочет, чтобы ты в нее поверил.

Кирран на минутку задумался.

– Может быть, ты и прав, – глухо проговорил он, – всего лишь сказка!

Залпом допив вино, эмиссар с силой сжал руку. Не выдержав натиска, бокал треснул и осыпался на пол хрустальными осколками.

При этом дракон даже не поморщился.

– Ну что ж, – зловеще улыбнулся он. – У меня есть возможность это проверить. И если я пойму, что это чья-то тонкая игра… Все, кто в этом замешан, заплатят! А их марионетка вообще пожалеет, что на свет родилась!

Аласт слишком хорошо знал подозрительную натуру темного господина и цену его обещаниям. Именно поэтому, глядя в сузившиеся от злости глаза Киррана, испытал невольное сочувствие к тем, кто стал причиной его гнева.