Тяжелая работа в забое, хреновый инструмент, нормы, слегка корректируемые в сторону хобол, скудная и невкусная кормёжка, выживание… Хруунг последователен в своей стратегии, и даже наш побег не заставил его пересмотреть концепцию использования людского ресурса.

Корри старается помогать, чем только может. Она сильная, хоть и маленькая. В основном, шуршит, как когда-то Мими, по скромному хозяйству. Брат и моряки, очень хорошие люди, кстати, поддерживают её как могут, хотя самим очень нелегко. И она крепится, показывает, что не унывает, что всё хорошо… а всё плохо! Иногда она приходит сюда посидеть, помечтать, тихо поплакать.

Брат знает об этом, но не мешает, не лезет с глупыми утешениями, и она очень ценит это. Она так долго и страстно молила Ушедших о чуде! И чудо произошло!

И Корри опять дала рыданий! Но теперь это были слёзы облегчения, радости и счастья…

— Всё будет теперь хорошо, — гладила по растрёпанной голове Корри Мими — Всё хорошо. Мы уже здесь.

Немного пришедшая в себя девчонка мушкой метнулась в забой и привела оттуда брата и старшего из моряков.

Ларри был высоким статным красавчиком.

Если сбрить неряшливую грязно-коричневую бородку, то миру явилось бы лицо с правильными аристократичными чертами. Волевой подбородок, прямой нос и слегка пухлые губы. С такими же волосами и глазами, как у сестры. Семейное сходство в них прямо-таки кричало. Грязный, как и Корри, в обносках, худой, со следами ссадин и синяков по всему телу. Парень явно "любит" посещать клетку.

Старший над мореманами был серьёзным дядькой. Заметно в возрасте, но ещё далеко не старик. Среднего роста, тело сухое, перевитое не столько мышцами, сколько сухожильями.

Уверен, он и раньше выглядел также. Такие "заморыши" только на первый взгляд кажутся, что толкни и упадёт. А на самом деле, именно такое строение тела даёт человеку отличную выносливость, силу, побольше чем у какого-нибудь разбухшего от мышц качка, да и ловкостью, как правило, жилистые не обижены. Драться с таким, что по дереву кулаками стучать.

Рубленные черты лица, нос с горбинкой, глубоко посаженные серые глаза, под которыми залегли не только морщины, но и чёрные тени. Узкие, плотно сжатые губы. Когда-то, так мне почему-то показалось, элегантная шкиперская бородка превратилась в растрёпанное помело неопределённого серого цвета.

Такие же волосы, с добавлением откровенно седых прядей, собраны в конский хвост и перевязаны скромным шнурочком. Даже длительное сидение под землёй, без солнца и ветра, не вытравило из его дублёной кожи морской загар.

Потёртая, грязная, но ещё держащая "удар" плотная безрукавка-распашонка, широкие бриджи, тоже пока более-менее целые. Обычная одежда моряка во время плавания.