— Всё понятно, — вдруг припечатал фриц и стал переключать каналы, пока не дошел до Камеди.

— «Германские порноактеры устроили висячую забастовку».

Я хихикнула, быстро скосила глаза на фрица и заткнулась.

— «— Дочь, представь нам своего избранника. — Это Алик, он модный московский шиномонтажье».

Не сдержалась и засмеялась в голос! Что я дизайнер, что Машка спец по херам. Оказывается и у парней новые названия профессии.

— «Наконец-то летнее утоление жажды слабоалкогольными прохладными напитками можно заменить полномасштабным осенним запоем».

В общем, я уже не обращала внимание на профессора, ржала в голос.

— «15000 симпотичных ребят и Ксюша Бородина отправляются в Сибирь строить дорогу. Смотрите новое реалити шоу "Бам-2"»

— «Продаются сперматозоиды. Условия поставки — самовысос».

Тут поперхнулась и заткнулась.

— Что, не так смешно? — ухмыльнулся фриц, прям готовящийся задать мне следующий вопрос, что же меня тут не рвет на части от хохота.

Но следующая шутка тоже подпортила ему веселье:

— «Какую мягкую игрушку лучше подарить любимой девушке? — Любимой девушке лучше подарить твёрдую игрушку!»

— Не сегодня закончим.

Можешь наслаждаться свободным днем.

Он встал и направился в свой кабинет, а я растерялась.

— А чем я буду заниматься?

— Чем хочешь. Мне нужно отъехать в Академию, поэтому продолжим с шутками позже.

Заниматься то мне было нечем, но его по ходу это не колебало.

Я дождалась, когда немец уйдет, и сразу же пошла на половину мутер.

— Выходной мне дал, а я не знаю чем себя занять.

— У меня тоже сегодня выходной, так что пойди помоги Гансу. Заодно и займешься.

Мутер кинула меня на Ганса, а тот оказался прикольным старикашкой.

После очередной полировки серебра, я совратила его на игру со мной в картишки. Сначала выигрывала, но Ганс размялся, быстро сообразил, и биться стало сложнее, но интереснее.

Я внимательно следила за выбывающими картами, чтобы вычислить какие могут быть у него на руках.

— А давай для интереса играть на деньги? — в азарте предложила я.

— У тебя еще не отобрали?

Надула губы и помчалась в комнату за сбережениями. Но сыграть больше не получилось. Вернулась мутер, мы накрыли чай с пирожными в столовой, когда прозвенел звонок.

Гости в нашем доме были нечасто, и по раз и навсегда заведенному расписанию.

Немец пользовался своим ключом. Всяких рассыльных наверх не допускал консьерж.

Так что звонок нас всех встревожил.

— Ганс, выйди, посмотри.

Он чуть склонил голову и исчез в прихожей. А через пять минут в столовую во всем шик-блеске влетела молодая шалава, окинула нас с мутер пристальным взглядом и заявила:

Я думала мутер будет побойчее, но кажется, онемение напало на всех нас, кроме гостьи.

— Андрей не говорил обо мне? Не удивлена.