Он был дерзким, прямолинейным, острым на язык, но она восхищалась его неуемной энергией и жаждой к жизни.

Тристан приходил к ней каждый вечер, чтобы показать новые места столицы. Кукольный театр, где они смеялись до упаду над шуточным спектаклем. Антикварный музей с удивительными артефактами с разных концов света. Городской трактир, где Анна впервые попробовала эль и медовуху.

За день до приезда Рэндалла он отвел ее на танцы для простых горожан, где она натерла жуткие мозоли, и остаток вечера пришлось ходить босиком, а Тристан на обратном пути нес ее на руках.

Она прижималась к его груди и обнимала за шею, вдыхая опьяняющий аромат горькой спелой вишни.

– Спасибо, Тристан. Это была самая насыщенная и веселая неделя в моей жизни, – поблагодарила Анна, когда они пробрались через балкон в ее покои.

– Тебе спасибо, Анна. Любоваться твоими искренними эмоциями стало для меня наивысшей наградой. – Он уселся на подоконник и, распустив собранные в пучок волосы, расслабленно потер шею. – Завтра приедет твой брат, и я больше не смогу тебя навещать. Боюсь остаться без головы или, что еще хуже, без причинного места…

Анна усмехнулась, но смешок застрял в горле от осознания того, что это была их последняя прогулка.

Не замечая своих действий, она подбежала к Тристану и, обхватив за плечи, прильнула к его губам. Он на мгновение замер, а уже через секунду притянул ее к себе и, нежно обняв за талию, ответил на поцелуй. Анна впервые целовала мужчину, но это было так необычно, так приятно. Она чувствовала на его губах вкус вина и вишни и, казалось, только больше пьянела от этого.

Тристан целовал ее нежно, неторопливо и очень долго, а когда отстранился, тихо прошептал:

– Что ты делаешь со мной, Анна?

– Это неправильно, – пытаясь утихомирить дикий стук сердца, промолвила она.

 – Мы так мало знакомы.

– Я так не думаю. За эти дни ты узнала обо мне больше, чем кто-либо другой за всю мою жизнь. – Ей показалось, что глаза Тристана наполнились болью и разочарованием.

– Что случится, если Рэндалл узнает? Если узнает дедушка? Они не поймут, осудят меня…

– Анна, ты жалеешь о том, что было между нами?

Она посмотрела на него взглядом, полным смятения.

– Я… не знаю… Не знаю, что из этого выйдет и как это воспримет моя семья.

Тристан обхватил ее лицо руками и нежно поцеловал в губы.

– Не бойся, солнышко, завтра придет новый день, и произошедшее сегодня канет в небытие вместе с этой ночью. Так зачем убиваться? – Он еще раз прильнул к ее губам. – Спи сладко, Анна, и ни о чем не жалей.

Тристан оказался прав. На следующий день вернулся Рэндалл, а Тристан покинул Голдкасл. Та злосчастная игра была забыта не только ей самой, но и другими ее участниками.