Какая же ты у меня злючка. Рычишь даже на Альфу. Ян, холодно, блин, застужу себе хозяйство. – Мои неуверенные шаги перерастают в бег, и я вваливаюсь в объятия блондина. – А ты красавица, – гладит по спине. – Правда, малость мохнатая.

Человеческое существо бунтует, требуя немедленно ответить.

– Остановимся на красавице, блондин, – сиплю я, возвращая облик.

– Собери вещи. – Илья вытаскивает меня с пассажирского сиденья и заносит в дом.

– Ты серьезно? – я запахиваю плотнее мужскую рубашку на обнаженной груди.

– Как никогда. Захвати одежды на пару дней, остальное привезет малец, или купим что потребуется. – Илья взбегает по лестнице. – Только учебники оставь, не хочу тебя ни с кем и ни с чем делить.

После моего оборота, бросив Альфе на прощание: «Ищи замену!», Илья погрузил меня в машину, и мы покинули особняк.

– Разве можно отказаться от обязанностей Беты? Ты не должен этого делать из-за меня. – Я аккуратно сворачиваю белье, справляясь с дрожью в пальцах.

– Мы едем в деревню, не бери ничего вычурного. А что я должен делать и из-за кого, решу сам.

Мне непривычно видеть блондина серьезным, злым и грубым в настоящем смысле этого слова.

– Конечно, – я покорно соглашаюсь. Нет сил возмущаться, спорить, я выполняю сказанное. Отрешенность и механические движения не укрываются от взгляда Ильи, он ловит меня за руку:

– Ян, я облажался. И осознаю, что сейчас делаю. Не думай, что, психанув, везу тебя неизвестно куда. В этот раз реально все будет хорошо. Будем считать, что собираемся в отпуск. Спонтанный отпуск. Все? – кивает на стопку одежды.

– Поехали, возьми подушку и одеяло. Дорогая дальняя.

Глядя в черноту ночи, рассекаемую светом автомобильных фар, я гоняю по кругу мерзкие воспоминания, словно запись на диктофоне. Прокручиваю вновь и вновь.

 «…было бы из-за кого…»

«Дочь мрази и твари!»

«Из-за тебя стая развязала многолетнюю войну».

– Елена сказала правду? Стая в опасности? – спрашиваю я.

Скрипнув зубами, блондин рыкает:

– Не упоминай о ней. Стая всегда в опасности, когда-то в большей степени, когда-то в меньшей.

– Теперь есть повод ненавидеть меня всем, – подытоживаю я.

– А вот самобичевание прекрати! Не нужно взваливать на себя ответственность за то, в чем не виновата. Конфликт со Светлыми набрал обороты еще до твоего рождения. Да, в нем участвовал твой отец, но не ты! Тем более участие в зачистке Светлых принимали и волки Платова, и Темный князь. Это было общее решение. Нам всем есть что беречь и за что драться.

Белоснежные хлопья врезаются в лобовое стекло, чтобы быть тут же уничтоженными, или медленно таять в углах, стекая изломанными ручьями, куда не дотягиваются щетки стеклоочистителей. Я действительно думала, что не смогу сомкнуть глаз.