Открыть ту дверь снова сможет только сам ключ.

Слова короткого заклятия ненадолго засветились и постепенно впитались в полотно двери, как прежде произошло со шкафом. С той стороны на него обрушился град ударов, послышался крик такой же нечеловеческий, какой они слышали совсем недавно, но дверь, как и предыдущая, не поддалась. Артем был заперт, и теперь только Диана могла выпустить его.

– Нет! – раздался за их спинами полный боли и отчаяния крик. – Что вы наделали?! Сволочи!

Диана лишь обернулась, а мужчины среагировали быстрее: прежде чем раздосадованная София успела броситься бежать и скрыться за одной из дверей, они схватили ее, без особого труда скрутили и сцепили руки наручниками за спиной.

– Ненавижу вас! Сволочи! Зачем вы? Он бы ничего вам не сделал, он просто хотел жить! – Она кричала и почти плакала, ее рот кривился то от накатывающих рыданий, то в злобном оскале. – Я убью вас! Убью вас всех! И всех ваших близких, одного за другим! Алекс не остановится! Теперь ничто его не остановит!

– Мне жаль тебя расстраивать, но этого не будет, – вздохнула Диана. – Алекс, вероятно, уже заточен в одну из этих комнат. А если еще нет, то это произойдет в ближайшее время.

– Вы упустили в своем плане нашу главную проблему, – заметил накануне Велесов, когда ведьма изложила им свое видение того, что и как можно сделать. – Зеркального убийцу Софии. Мы уже обсуждали, что ее задержание не поможет его остановить. Даже находясь в тюрьме, что еще тоже не гарантировано, она сможет убивать нас.

– О, эту тварь я беру на себя, – ведьма плотоядно улыбнулась. – Пока одни из вас будут отвлекать Софию, а другие заходить ей в тыл, я займусь ею. Призвать и заточить его в лабиринте будет несложно.

– А почему убийцу вы можете заточить, а Артема нет? – вновь попытался подловить ее Карпатский.

Услышав заявление Дианы, София только тихо завыла, как раненый зверь. В глубине души Диане даже стало ее немного жалко.

Когда свечи погасли и они оказались в кромешной темноте подвала, Юля напряженно замерла и невольно затаила дыхание: оно мешало прислушиваться к тревожной тишине. Долго она, конечно, так не простояла. Легкие требовали воздуха, да и сердце забилось так сильно, что теперь оглушал звук пульса.

Влад стоял рядом, и она чувствовала и его напряжение тоже, но ей почему-то вдруг показалось, что муж не испытывает страха. Только волнение. Юля некстати вспомнила его слова о том, что часть него хочет, чтобы Артем вернулся, а потом и обещание этого не допустить.