– Если это единственная причина, то могу её оспорить. С чего ты взял, что это ты воспользуешься мной? Может, это я воспользуюсь тобой? Проведу с тобой ночь, вскружу голову и навсегда уйду в свой мир!

Яр негромко рассмеялся и уже серьёзно продолжил:

– А это вторая причина, – он вновь положил ладонь на мою щёку, проведя по ней указательным пальцем, – я боюсь, что после этой ночи не смогу отпустить тебя, навсегда паду жертвой твоих чар, а ты со временем возненавидишь меня за то, что лишил тебя выбора.

Боже мой, сердце сейчас выпрыгнет из груди! Так сладко, так пронзительно говорил Владыка. Но смогу ли я остаться в этом мире? Смогу ли отказаться от сестёр? И не пожалею ли я, если сейчас откажусь от близости с Яром?

Я положила руки на пояс мужской рубахи и потянула её вверх, снимая с императора. Яр шумно выдохнул, когда мои пальцы прикоснулись к мышцам живота, очертили кубики и двинулись вверх, к груди. Обвели широкие плечи и спустились к рукам. Взяв его ладонь, я приложила её к своей щеке, потеревшись, словно котёнок, просящий ласки. И я действительно просила ласки у Лейарда. Его глаза потемнели ещё сильнее, грудь начала шумно вздыматься, а я только и могла думать о том, насколько я сгораю от желания здесь и сейчас.

– Я не умею соблазнять, – призналась я и сглотнула, – но надеюсь, что ты всё-таки поддашься и мне не придётся сгорать со стыда.

Яр рассмеялся и опустил взгляд к моей груди, видневшейся в вырезе рубашки. Склонил голову, поцеловал каждую грудь, а потом поднял взгляд, в котором не осталось места нерешительности.

– Ты сводишь меня с ума. Ты сама сплошной соблазн. Ворвалась в мою жизнь, вскружила мне голову, заставила забыть обо всех других, оставила лишь свой образ в моей голове. Я словно твой раб, покорный и невольный. Даже сейчас… я крушу все свои принципы, все обещания себе не дотрагиваться до тебя, потому что не в силах устоять. Ты стала моей главной слабостью, но и такой радостью, что я не могу описать это словами.

– О, у великого оратора закончились слова, – простонала я ему в губы, выгибаясь в спине и подаваясь к нему в соблазнительной позе, – неужели я тебя настолько зацепила?

Он не ответил. Но ответом стал поцелуй. Я плавилась в руках Лейарда, сгорала и возрождалась вновь. Оставшись перед ним абсолютно обнажённой, я не почувствовала слабости и ранимости, наоборот. Я неожиданно ощутила свою силу, свою власть над этим мужчиной. Над желанным, любимым мной мужчиной.

Руки, губы, сплетение тел… Это было так прекрасно и так правильно, что я не могла найти нужных слов. Да и слова были не нужны, когда вокруг взрывается мир и сужается до одного-единственного, с которым сердце бьётся в унисон, с которым мир озаряется новыми красками, а время замедляет свой ход.