Эта девушка была слишком соблазнительной, ее губы — слишком теплыми, а тело вызывало неукротимое желание. Мысль об отъезде вызвала у Брэндона досаду.

— Вряд ли я смогу куда-нибудь отправиться после такого поцелуя, — хрипло заметил он, с усилием отстраняясь от Хэзер.

Она покраснела. Поцелуй привел ее в изумление: оказалось, что это не столь отвратительное занятие.

— Теперь придется задержаться с отъездом. Эти тесные бриджи не оставляют простора воображению, — усмехнулся Брэндон.

Хэзер невинно опустила глаза и внезапно почувствовала сожаление. Покраснев еще больше, она отвернулась, едва подавив восклицание.

Брэндон усмехнулся, задумчиво вздохнул и стал одеваться, бормоча: — Будь у меня время, мадам…

Хэзер принялась собирать со стола грязную посуду, проклиная Брэндона последними словами. Она решила, что этот человек не просто отвратителен, он совершенно невыносим.

Брэндон покончил с одеждой, когда Хэзер раздраженно обернулась к нему. При всей своей ненависти она не могла не признать, что перед ней поразительно красивый мужчина. Его одежда была сшита по последней моде и подчеркивала его высокую, широкоплечую фигуру.

Бриджи облегали ноги, как вторая кожа, и не скрывали ни одного из достоинств.

«Он так хорош, что, вероятно, женщинам приходится бороться за право остаться с ним», — с горечью подумала Хэзер.

Шагнув вперед, Брэндон в небрежной, но собственнической и интимной манере запечатлел на ее губах легкий поцелуй и провел ладонью по спине.

— Я скоро вернусь, дорогая, — улыбнулся он.

Хэзер едва сдержалась, чтобы не завизжать от ярости. Она следила, как Брэндон удаляется, слишком погруженный в свои мысли, чтобы заметить выражение ее лица.

Дверь закрылась, послышался щелчок ключа в замке. В неудержимом порыве Хэзер смахнула со стола посуду, и та разлетелась по каюте.

Решив бежать с корабля, Хэзер не стала терять времени. Если капитан Бирмингем вернется прежде, чем она исчезнет, эта возможность будет навсегда упущена. Она пыталась решить, как справиться с Джорджем и можно ли его подкупить. Но что она может предложить ему? Единственной ее вещью было бежевое платье, но хватит ли этого, чтобы привлечь Джорджа на свою сторону? Она вспомнила о человеке, который так бесцеремонно воспользовался ее телом ради собственного удовольствия, и мысль о подкупе отпала сама собой.

Слуга окажется либо слишком преданным этому самодовольному подлецу, либо слишком запуганным, чтобы подвергать себя опасности. Нет, подкуп здесь не годится. Надо придумать что-нибудь получше.

Планы в ее голове рождались с невероятной быстротой, но ни один не обрел законченную форму. Если Джорджа нельзя подкупить, можно воздействовать на него силой.