Шутов брал «Опель» для своих личных дел на пару дней, а сегодня утром, оставив его буквально на час около дома, обнаружил, что машина угнана. Он тут же позвонил брату, и тот пообещал, что сам подаст в милицию заявление. Увидев Леонченко, Шутов решил, что машина нашлась, но оказалось, что напрасно надеялся.

Теперь капитану, чтобы объяснить цель своего визита, пришлось вновь прибегнуть к старой легенде и представиться участковым, пришедшим разбираться по поводу многочисленных жалоб Топоровой.

– Да что вы ее слушаете, товарищ капитан, – махнул рукой Шутов. – Как это мой компьютер может мешать ей спать? Пойдите сами послушайте.

Он же работает тише некуда да еще и стоит далеко от смежной с квартирой этой коровы стены.

– Ну-ну, вы выражения выбирайте, молодой человек, – притворно строго проговорил Леонченко, но на компьютер посмотреть пошел.

Техника у парня была довольно неплохая – «Целерон» с пятисотым процессором. Однако Шутов в компьютерах почти не разбирался. Насколько смог увидеть капитан, на винчестере стояли только компьютерные игрушки и ни одной серьезной программы. Да и сам Шутов в ответ на его вопросы о работе системы только разводил руками.

– Да не знаю я, – пожимал плечами парень. – Я же не учился специально для работы на нем. Так, купил по случаю. Сейчас учу кое-что, но в основном подрабатываю, распечатывая курсовые. Да еще и в игрушки играю. А всякие там драйверы, патчи и прочую дребедень освоить еще не успел. Я ведь даже мастера вызывал, чтобы он принтер мне настроил.

В общем, за исключением одного совпадения с черным «Опелем», парень для следствия интереса не представлял. Алиби на время похищения у него было железное, никаких признаков болезни легких у Шутова не было, да и в компьютерах он был полным «чайником».

Теперь Леонченко ничего не оставалось, как прочитать парню лекцию о том, как нужно вести себя по отношению к соседям, и выписать повестку на завтрашний день, сославшись на то, что на каждое заявление граждан, пусть даже самое бредовое, милиция обязана реагировать. И теперь, после приватного разговора, следует просто официально оформить ответ на жалобу Топоровой, закрепив его протоколом, согласно букве закона. Шутов без возражений расписался в получении повестки и, проводив капитана до дверей, простился.

И Леонченко, вздохнув облегченно, с чувством выполненного долга отправился в главк. Отчитываться перед Гуровым.

Алиев с сыном весь день не покидал палаты жены. Женщина перенесла сильнейшее потрясение, и ее ужасала сама мысль о том, что она останется в палате одна. В каждой тени, за каждой занавеской ей мерещились люди в черных масках. Она словно наяву ощущала вновь и вновь, как холодное лезвие ножа ползет по ее телу, разрезая все ее белье.