Уже близился вечер, солнце отбрасывало причудливые тени от пальм на лужайку перед оштукатуренным домом Уилфреда Диксона. Мейсон остановил машину, поднялся по лестнице на крыльцо и позвонил.

Открывший дверь Диксон довольно официально поздоровался:

– Добрый день, мистер Мейсон.

– В данный момент я занят.

– У меня появились новые фишки, и я хотел бы продолжить игру.

– Буду рад принять вас сегодня, но в другое время. Может, часов в восемь. Вас устраивает, мистер Мейсон?

– Не устраивает. Я должен поговорить с вами немедленно.

Диксон покачал головой.

– Мне очень жаль, мистер Мейсон.

– При нашей последней встрече я пытался блефовать, и вы легко раскусили меня. На этот раз у меня больше фишек и лучше карты.

– Возвращаясь к нашему разговору, не могу не выразить искреннее восхищение тем, насколько мастерски вы убедили меня, что ни на минуту не задумывались о покупке доли Фолкнера, а были только заинтересованы в продаже доли Дженевив.

Судя по всему, Диксон намеревался закрыть дверь.

– Неплохая работа, – продолжил Мейсон. – Однако единственной причиной, по которой вам могла понадобиться пуля, спрятанная Карсоном в аквариуме, могло быть только ваше стремление получить над ним реальную власть. Причиной такого стремления к власти над Карсоном могло быть либо то, что вы или Дженевив произвели тот выстрел, либо ваше желание купить долю Фолкнера в бизнесе, а потом выгнать из компании Карсона, используя власть над ним.

– Боюсь, мистер Мейсон, приведенные вами доводы абсолютно неверны. Тем не менее я готов побеседовать с вами сегодня вечером.

– Итак, чтобы сделка была более привлекательной с точки зрения выплат подоходного налога, вы договорились, что передадите Фолкнеру чек на сумму, превышающую цену, о которой вы договорились, на двадцать пять тысяч долларов, а он вернет вам эту сумму наличными.

Глаза Уилфреда Диксона трижды открылись и закрылись, как будто в действие их приводил часовой механизм.

– Входите, – сказал он наконец. – Миссис Дженевив Фолкнер в данный момент находится у меня. Не вижу причин беспокоить ее, но, с другой стороны, почему бы не решить эту проблему раз и навсегда.

– Почему бы и нет, – согласился Мейсон.

Мейсон прошел за Диксоном в гостиную, обменялся рукопожатием с Дженевив Фолкнер, спокойно расположился в кресле, закурил и сказал:

– Итак, получив от Фолкнера двадцать пять тысяч долларов в результате сделки, являющейся целиком и полностью мошеннической, так как ее основной целью был обман налоговой службы, вы выплатили Салли Мэдисон две тысячи именно из этих денег. Таким образом это означает, что вы должны были встречаться с Фолкнером в его доме или в другом месте уже после того, как Салли Мэдисон покинула его дом, но перед тем, как вы выплатили Салли деньги.