Приплачивают ей, что ли, или она так старается из любви к искусству? А та, видя, что на ее прочувствованную речь не реагирует «должным образом», недовольно спросила:

- Вы меня услышали?

- Можете не сомневаться, - кивнула Анна.

- Это хорошо, - экономка поджала губы. – Теперь, если вы правильно усвоили задачу, вас отведут в сад. Вы готовы?

Выйти в сад было хорошо, несмотря ни на что. Анна встала, собираясь идти, и тут эта тетка уставилась на нее и добавила:

- И запомните, Анна Александровна. Без глупостей. Не пытайтесь провоцировать мужской персонал, вам не понравятся последствия.

То есть?!

Терпение кончилось! Аня прищурилась и двинулась на нее.

- Что вы этим хотите сказать, Валентина Альбертовна?

- Только то, что сказала, - сухо обронила та. – А сейчас следуйте за мной.

В первый раз за те несколько дней, что она провела в этом доме, Аня выходила из комнаты. Это, конечно же, не свобода, но, несмотря ни на что, в душе осторожно трепыхнулась надежда. И вместе с ней трепыхнулась боль.

Ее бывший муж жестокий мерзавец. Она знала, что он жесток, подозревала, но не ожидала, что настолько. И что он окажется мелочным тоже. Сказать, что она была ранена в самое сердце, разочарована? Разочароваться можно в том, кем восхищаешься, кого любишь. Господина Демидова она ненавидела. Хотя нет, ненависть – это слишком громкое слово. Сейчас Анна презирала его.

И все же она была разочарована. Казалось, это чувство заполняет ее, тянется за ней шлейфом, странной нитью, уходит куда-то далеко. Когда поняла, о чем думает, сразу оборвала концы и выпрямилась, расправляя плечи.

Все это пронеслось в голове, пока она шла по коридорам этого дома за экономкой. Аня помнила дорогу, так ее вели сюда. Но экономка остановилась у края коридора, выходящего в огромный холл этого дома, и застыла статуей, демонстративно выдерживая паузу.

- В чем дело, Валентина Альбертовна? – спросила Аня. – Мы кого-то ждем?

Та взглянула на нее искоса и прокаркала:

- Если даже вы  кого-то  и ждете, этот  кто-то  не придет.

Волна ледяного гнева поднялась к горлу. Но уроки Демидова Аня хорошо запомнила. Не ведись, не показывай своей слабости, не показывай эмоций.

- Тогда зачем мы здесь стоим? – проговорила ровно.

- Мы здесь стоим, - Валентина Альбертовна повернулась к ней лицом. – Для того чтобы вы запомнили.

Махнула в сторону холла:

- Этой дорогой вы никогда не будете пользоваться, - и показала на небольшой служебный коридор. – Ходить можете только здесь.

Очередное ущемление? Но ледяной злости уже не могло быть больше.

- Хорошо, - сказала Аня. – Я запомню.

- Так-то лучше, - экономка вздернула нос и двинулась вперед.

Аня следом. И проговорила:

- Валентина Альбертовна. Я не ваша должница, а господина Демидова. Вам тоже следует это помнить.