— Твое место во флигеле для прислуги.

Маша понурила голову. Мне захотелось провалиться сквозь землю. Я никогда не ставила себя выше других, не бравировал положением дочери альфы. А теперь моя подруга будет мне прислуживать.

Глеб поднимается следом за мной. Я ощущаю его взгляд у себя на попе. От этого, ноги превращаются в две левые, и я оступаюсь, чуть не падаю. Он ловит меня, схватив за талию.

— Более неуклюжей и нескладной девушки, не встречал за всю свою жизнь, — пробасил он возле моего уха. — За что мне такое наказание? — Я повернулась, оперлась на холодный мрамор перил.

— Много нагрешил, дорогой будущий муж? — я видела как его перекосило от одного упоминания о нежелательном положении. Вот его больное место. Получила хоть какое-то удовлетворение за то, что лишили меня дома, оторвали от отца. Но торжествовать пришлось недолго. Глеб белоснежно оскалился.

— Вот именно! Муж! А дело жены молчать в тряпочку, уважать супруга. И раздвигать ноги при первом требовании, — мои щеки запылали от возмущения. Я замахнулась, чтобы врезать наглецу. Он перехватил мою руку и больно сжал. — Ещё только раз замахнешься — я вырву твою костлявую руку! Ты! Всего лишь инкубатор. Как только родишь наследника, так вылетишь отсюда пулей. Я выполню волю отца. Каких бы мучений мне это не стоило, — впервые мне захотело выругаться. Его слова, почему то больно ранили меня.

Рожу. И меня разлучат с малышом? Мне это не нравилось. Надо что-то придумать. Я не оставлю этому чудовищу своего малыша.

— Доброе утро, соня, — просыпаюсь от голоса Маши. Она заходит в дом с подносом в руках. Сажусь на кровати, тру глаза беру очки с тумбочки и надеваю. Могу в полной мере оценить форму Маши. Она ставит поднос на тумбочку и крутиться передо мной.

— Нравится? — черная форма с белым воротничком идеально сидит на красивой фигурке подруги.

— Тебе всё идёт. Хоть в простынь нарядись.

— Ели уснула. Кровать слишком мягкая, обстановка не привычная, — и я полночи лила слёзы в подушку.

— Тебе не нравится жить здесь? — она осмотрела шикарную просторную комнату.

— Я по дому скучаю, по папе. По лесу. А у тебя как дела? — отпила глоток чая.

— Константин этот, запряг меня по полной. Столько работы дал. А ты знаешь, я не особо люблю это все. Маникюр испортила, пока перемыла всю посуду, пока вытерла всю пыль. Сегодня ещё больше работы.

— Так давай помогу? А то со скуки с ума сойду.

— Ты лучшая в мире подруга! — Маша обняла меня и поцеловала в щеку.

Я мыла окна, чувствуя как от работы прихожу в себя. Маша сидела на диване с ногами, втирая крем в руки.

— Смотри какое раздражение от моющих, — она продемонстрировала мне руки. Я только хотела сказать, чтобы она отдыхала, что мне только в кайф работать, как в гостиную вошёл Мстислав.