Провел языком по мокрой шее, задирая платье.

— Глеб, — глаза закатывались от удовольствия, а мысли превратились в кисель. — Мы на парковке, — попыталась вразумить своего пылкого мужчину.

— Никого нет. Все от дождя спрятались. Я хочу тебя, Олеся. Прямо сейчас, — он сжал ягодицы, придавил к своему стояку, давая почувствовать его нестерпимое желание. Схватил меня за шею, властно притянул к себе. Целуя страстно, остро. Так что остатки благоразумия улетучились, а я могла лишь жалобно всхлипывать, ерзая на нем. Это безумие, которое мы не в силах остановить.

Я сама стащила с него футболку и покрывала поцелуями горячую кожу с запахом дождя.

Нетерпеливо расстегивала дрожащими руками ремень, пока он ловил губами торчащий сосок. Он освободил член и тут же нетерпеливо ворвался в меня, одновременно со вспышкой молнии за окном.

— И я тебя люблю. Так сильно люблю, — толкался в меня сильнее, словно наказывая. — Не могу без тебя, Олеся. Каждую минуту хочу трахать тебя. Умираю просто.

Я так много хочу ему сказать, но эмоции захлестнули меня, лишили голоса и разума. И все что я могла сделать это впиться в его губы и мычать от каждого резкого толчка.

Боже! Он любит! Любит!

Мы взлетали так высоко и падали целую вечность в порочную пропасть. Я обессиленно положила голову ему на плечо и счастливо улыбнулась. Но что-то внутри тревожило.

Когда познаешь счастье, так боишься все потерять. А если однажды это случится с нами. Как жить? Ведь нет ничего вечного. А вокруг него постоянно вьются красивые уверенные в себе девушки. Что будет со мной? Это боязнь, что он легко найдет себе другую, и точно так же будет счастлив с ней, вонзала в сердце острый нож. Смогу я уйти красиво или упаду в его ноги, буду умолять остаться?

С ужасом подумала что скорее второе.

Он необходим мне как воздух.

— Ты какая-то рассеянная. Что случилось? — спросил Богдан, отрываясь от экрана компьютера.

— Скажи, ты любил свою девушку? Как ты пережил расставание?

— А что случилось? С Глебом проблемы?

— Да нет. Все хорошо. Даже слишком. И я так боюсь его потерять. Так что? Как ты справляешься? Есть жизнь после разлуки?

— А я не справляюсь, Олеся. Она не просто моей любимой была. Она моя истинная.

— Так что случилось? — Богдан отвернулся.

Я видела как он выстраивает стену, не пускает никого. — Прости. Я не должна лезть в твою жизнь.

— Всё нормально. Просто, я не готов говорить об этом, — он улыбнулся и посмотрел на телефон. — У меня есть отличный способ поднять твое настроение.

— Увидишь, — ушел, прихватив телефон. Через несколько минут вернулся, загадочно улыбаясь. К тебе посетитель.

В кабинет вошёл мой отец.

— О Господи! Пап! — я подлетела к нему и повисла у него на шее.

— Не буду вам мешать, — сказал Глеб и затворил дверь.