Потому что ничто не должно отвлекать его добычу от охотника.

Марина внезапно задрожала сильнее, сжала его бедра ногами, выгнувшись в пояснице, схватилась за плечи, словно в попытке удержаться на плаву… И соскальзывая вниз, в омут, утягивая за собой Олега, двигающегося уже совсем жестоко, не щадя, не жалея. Он успел зажать Марине рот ладонью и выйти из нее буквально на последней секунде.

Тяжело дыша, Олег какое-то время еще прижимал шокированную произошедшим женщину к столешнице, а затем отпустил, поправляя одежду, подал ей руку, помогая встать.

Марина, растерянно проводя ладонями по подолу, достала из кармана халатика влажные салфетки, вытерлась, дала одну Олегу.

Все это происходило в молчании, неловком и потрясенном.

— Я тебя сегодня забрать не смогу, малыш, — Олег выкинул салфетку, подошел, обнял, подтаскивая ближе, куснул за ушко, — занят до вечера. Завтра позвоню.

— Олег… — Марина попыталась отстраниться, вернуть ошалелому взгляду строгость и настойчивость. Это выглядело забавно. — Я же тебе говорила… Не надо… И у меня сын…

Он не собирался больше спорить беспредметно.

Он выпустил Марину из помещения, поцеловал жадно на прощание и кивком указал направление.

Отследил, чтоб дошла до лифтов и уехала.

И только после этого развернулся в сторону выхода. Там ждал разбор полётов в дебилом-прорабом и главным инженером, лазание по строительным лесам и длительное вечернее скайп-совещание с Москвой по ситуации на объекте.

Олег шел разгребать дерьмо и получать заслуженный пистон от руководства, и улыбался, потому что настроение, несмотря ни на что, было охренительным.

И ощущение того, что эта командировка ему запомнится надолго, крепло.

Марина не могла пожаловаться на то, что ей в жизни дарили мало цветов.

Впрочем, как и, наверно, любая учительница, хотя бы год проработавшая в школе.

Первое сентября, День учителя, Восьмое марта. Ей даже на Четырнадцатое февраля, День всех влюбленных, от учеников перепадало.

Да и муж, особенно в начале их отношений, баловал, конечно.

Не сказать, что приелось, но всяких роз, хризантем, пионов, гвоздик и даже ромашек она повидала много.

Но вот такого букета, что принесли прямо в салон среди рабочего дня, Марине никогда не дарили.

Букет, настолько большой, что не поместился в подсобку, и пришлось ставить его в салоне на окно, поражал не только размерами.

В огромной коробке, похожей на шляпную, были плотно поставлены отборные тюльпаны, все, как один, нежно-розового ровного оттенка. И их было много. Очень много. Марина даже считать побоялась.