Отрадно, что одна из моих заготовок сработала так хорошо, не пришлось даже заставлять её или соблазнять. Айко дала понять, что была бы рада последнему.

В небольшой кухне я быстро нашел пару идеально чистых стаканов, поднос и чай в холодильнике. Никогда не устану удивляться этому миру — местная вкуснейшая еда отлично сочеталась с холодным чаем, заготовленным на день вперёд.

Я наполнил еще один стакан чаем и сел за стол. Если девчонка решит переодеться, мое появление сильнее смутит её, а времени и так нет. Пусть делает своё дело, а мне есть чем заняться.

Отхлебнув чай, я прикрыл веки: наложенная мной рунная печать тускло мерцала, высасывая сому из сфирот. Когда я её активирую, она опустошит их полностью, но это малая цена за силу, которую я получу. Медальон задумывался не для этого, так что радуйся хоть такой малости, Рэйджи-Гигас.

Я медленно открыл глаза — и почуял движение сзади, а через миг в спину уперся холодный предмет.

— Не двигайся, или я выстрелю.

Усталый, потухший голос её матери был серьёзен. Упершийся между лопаток ствол даже не дрожал.

— Хорошо у вас гостей встречают, — осторожно произнёс я. — Айко не обрадуется, если найдёт на кухне труп своего одноклассника.

— Здесь я говорю. Зачем ты пришёл?

— Попал в переплёт. Айко предложила помощь.

Я покосился на зеркальце, висевшее напротив — в отражении виднелась голова женщины, державшей пистолет. Осунувшееся лицо, сальные волосы и безразличное выражение. Если у неё и были эмоции, то немного.

— Херня. Что ты наплёл моей дочери, ублюдок? Я знаю, что у тебя на уме.

— И что же? Втереться к ней в доверие, хорошенько попользовать, а потом бросить?

Она надавила на пистолет так, будто хотела проткнуть меня стволом.

— Вот именно! Все вы мужики одинаковые. Похотливые, беспринципные твари…

Сзади донесся тихий вздох. Ствол впервые дрогнул.

— Одноклассник Айко, Ямада Рэйджи. И я не собирался насиловать вашу дочь.

— Заткнись. Я слышала о тебе, — она снова ткнула пистолетом в спину.

— Агрессивный и хитрый хулиган, который любит подраться? — усмехнулся я.

— А я должен был вежливо просить убрать руку того урода, что лапал вашу дочь? Спорю, эту историю вы не слышали. Как второгодки приходили к нам в класс и лезли к нашим девчонкам.

Она промолчала. Но ствол снова дрогнул.

— Я ничего не требовал взамен. И не просил вашу дочь помогать мне. Она предложила сама. До тех пор, пока она не закончит, я не позволю никому её тронуть. Верите или нет — мне плевать. Так что если вы закончили выполнять "материнский долг", давайте поговорим как взрослые.

Пару секунд ствол еще упирался в меня, но мать Хаясэ отступила — и со вздохом опустилась на пол у стены.