Он узнал, вернее, родные матери узнали, что потомок Джеймса Хэнли, первого незаконного ребенка доктора Тристана, по-прежнему живет в Джейнс-Крик.

– Она вдова, – сказали ему, и он представил седую женщину с узелком волос на затылке. Неудивительно, что у нее нет денег на восстановление старого здания.

Расселу нужно было место и время, чтобы сесть и подумать. Он знал, что пора найти дорогу в жизни. Но чтобы сделать это, необходимо принять трудные решения.

Он припарковал джип перед мельницей, прошел мимо садика трав – садика Тристана – и направился на зады дома. Но не успел сделать нескольких шагов, когда услышал грохот падающей черепицы и тихий вскрик, как от боли.

Рассел побежал на звук и влетел в комнату, где не хватало части крыши. Но не увидел ничего и никого, кроме столба пылинок, плясавших в солнечном свете.

– Помогите! – пискнул кто-то сверху.

Рассел поднял голову и увидел молодую женщину, свисавшую на руках с гниющей балки, проходившей по верху стены.

– Клянусь всем святым! – пробормотал Рассел, подбегая к ней. – У вас есть лестница?

– По другую сторону, – прошептала она.

Рассел побежал к двери в соседнюю комнату, но услышал треск старой балки и понял, что она сейчас переломится. Времени не оставалось: придется встать под женщиной. Смягчить удар своим телом.

Он в два прыжка оказался у стены и едва успел вытянуть руки, как балка сломалась. На первый взгляд женщина не показалась ему слишком грузной, но под ударом он пошатнулся. Ноги зацепились за валявшиеся тут же доски. Рассел свалился кулем и проехал по полу спиной, чувствуя, как сдирается кожа. Больно было так, что он застонал, но женщину не выпустил, продолжая судорожно стискивать в объятиях.

Вокруг клубилась пыль. Рассел продолжал лежать на спине. Женщина придавливала его к полу. Чтобы защитить ее от пыли и падающего мусора, он прикрыл ее голову руками, спрятал ее лицо у себя на груди. А сам зарылся лицом в белокурые локоны и вдохнул их запах.

Когда все улеглось, он продолжал лежать.

– Думаю, теперь можно встать, – пробормотала она.

– Да, все в порядке, – согласился он, уткнувшись носом в ее волосы.

– Э… я, пожалуй, поднимусь.

Рассел пришел в себя настолько, чтобы поднять голову и оглядеться. Но женщину так и не отпустил. Она была такой миниатюрной и так удобно умещалась в его объятиях.

Когда она уперлась ладонями ему в грудь, он неохотно отпустил ее. Она откатилась и села рядом. Рассел продолжал лежать и смотреть на нее. Светло-русые волосы были короткими и круто вились. Один локон свисал над левым глазом. Васильковые глаза, маленький носик и губы с приподнятыми вверх уголками завершали картину. Она попыталась стереть пыль с лица, но еще больше запачкалась.

Рассел показал на ее правую щеку. Она вытерла грязь рукавом.