Я бросаюсь к нему и поднимаю самодельную табличку, которую подготовила перед уходом из офиса.

Его смех наполняет терминал, как только он замечает меня с ней.

— «Самый добрый в мире начальник», — читает он вслух, — Какая неприкрытая, но все равно приятная лесть!

Прежде чем я успеваю что-либо сказать, он обнимает меня.

Это происходит впервые, и я наслаждаюсь этим моментом. Я крепко обнимаю его, а он прижимается ко мне.

— О, нет, — шепчет он мне на ухо. — Сейчас будут разборки.

Страх пронзает меня, и я отступаю назад. Я вглядываюсь в его лицо в поисках подсказки, беспокоясь, что он в плохом состоянии.

— Какие еще разборки, вы о чем? — спрашиваю я.

— С вашим мужем, вон он, идет сюда! — говорит Виктор Михайлович, вздергивая подбородок. — И он какой-то недовольный.

Мне требуется секунда, чтобы вспомнить, что чуть меньше суток назад я вышла замуж.

Я оборачиваюсь и вижу, что к нам приближается Леон.

Ну, здравствуй, дорогой муженек.

Люди оборачиваются, чтобы посмотреть на него. Он выглядит безупречно в строгом сером костюме. Его волосы слегка растрепаны, что не свойственно ему. Мне это нравится. Очень нравится.

Леон проводит по ним рукой, словно может читать мои мысли.

— На улице ветер сильный, — говорит он.

Мой взгляд падает на обручальное кольцо на его правой руке.

Он носит его. Возможно, это лишь временное украшение, не имеющее большого значения, но мое сердце не воспринимает его как простую побрякушку. Оно начинает бешено биться в груди.

— Вероника, — тихо произносит он мое имя. — Я не ожидал тебя здесь увидеть. Я думал, ты останешься в офисе.

— Я отложила работу, Леон, — отвечаю я, поворачиваясь к Виктору Михайловичу, мой голос дрожит. — Разве я могла не встретить Виктора Михайловича лично!

— Вы, Вероника, можете называть меня просто Виктор.

Леон протягивает руку и приобнимает Виктора Михайловича за плечи.

— Поехали, отвезем вас в отель, — предлагает он. — Вам нужно отдохнуть после перелета.

— Отель? — Граф переводит взгляд с Леона на меня. — В вашем доме куча комнат! Я подумал, что могу и у молодоженов остановиться, по-семейному. Или вы против?

Леон смотрит на меня.

Я не могу поверить своим ушам. Хотя я и не возражаю против того, чтобы притворяться его женой, я нахожу утешение в том, что в конце дня могу вернуться домой, сбросить туфли и лифчик и снова стать свободной, ничем не обремененной Вероникой.

Мой муж отвечает без тени сомнения:

— Конечно, мы с Вероникой будем рады принять вас у нас дома.

Я женат всего лишь сутки, но вполне уверен, что моя жена уже хочет придушить меня.

С тех пор как Виктор Михайлович выразил желание пожить у меня, она даже не смотрит в мою сторону.

Сейчас мы находимся у входа в дом, и Вероника внимательно изучает всё вокруг.