Или, может, стоит попытаться поменять комнату? По маминой гримасе я заключаю, что она думает примерно о том же. Похоже, мама готова выскочить из комнаты в любую минуту.

– Привет, ты соседка Стеф? – спрашивает один из парней.

Его светлые волосы с крашеными каштановым прядями поставлены торчком. На руках – татуировки, в ухе – крупная никелевая серьга.

– Эмм… да. Меня зовут Тесса, – выдавливаю я.

– Я Нэт. Да не смотри так испуганно! – Он улыбается, хлопая меня по плечу. – Тебе здесь понравится.

У Нэта открытое и дружелюбное выражение лица, несмотря на суровый вид.

– Я готова, – говорит Стеф, схватив тяжелую черную сумку возле кровати.

Я перевожу глаза на высокого темноволосого парня, прислонившегося к стене. Густые волнистые волосы зачесаны назад, а в брови и губе торчат колечки. Скольжу взглядом по черной футболке и рукам, покрытым татуировками; не видно ни кусочка нетронутой кожи. В отличие от Стеф и Нэта он весь разрисован черным, серым и белым. Высокий и худой. Я осознаю, что таращусь на парня самым неделикатным образом, но не могу отвести взгляд.

Жду, что он представится, как и его друг, но он молчит, нетерпеливо закатив глаза и вытащив мобильник из плотных черных джинсов. Этот парень определенно не так приветлив, как Нэт и Стеф. Тем не менее, он привлекательнее; в нем есть что-то, что мешает оторвать взгляд от его лица. Я смутно чувствую, что Ной смотрит на меня, и, наконец, отворачиваюсь, сделав вид, что шокирована происходящим.

Ведь так и есть, правда?

– Увидимся, Тесса, – говорит Нэт, и все трое выходят из комнаты.

Я тяжело вздыхаю. Назвать последние несколько минут необычными было бы недопустимым преуменьшением.

– Ты получишь другую комнату! – кричит мама, как только хлопает дверь.

– Нет, я не могу, – отвечаю я. – Здесь нормально, мам.

Я изо всех сил стараюсь успокоиться. Не знаю, получится ли, но в любом случае последнее, чего бы я хотела, это чтобы моя деспотичная мать устроила сцену в первый день моего пребывания в колледже.

– Уверена, она не такая, как кажется на первый взгляд, – пытаюсь я убедить маму и в то же время поверить в это сама.

– Чепуха, мы переезжаем сейчас же. – Безупречная внешность странно сочетается с гневом на лице матери; длинные светлые волосы уложены волнами, и каждый локон совершенен. – Ты не будешь жить в комнате с человеком, который общается с такими… такими панками!

Я смотрю в ее стальные глаза, затем на Ноя.

– Мама, пожалуйста, давай поглядим, как все будет складываться. Пожалуйста, – прошу я.

Я не хочу даже представлять себе, что начнется, если мы попытаемся в последний момент поменять комнату. И как унизительно это будет выглядеть.

Мама снова оглядывает комнату, останавливается взглядом на плакатах, покрывающих стену Стеф, выразительно на них фыркает.