— Мне не до побегов было, — решила выкрутиться я, — у меня тут знакомство с местным женским обществом состоялось, и это на тот момент было важнее.

Тихий смешок и несколько осуждающее:

— Местное женское общество после знакомства не доползло не то что до дверей дворца, некоторые заснули в процессе подползания к диванам, креслам и даже скамьям.

Это попытка воззвать к моей совести?

— Тут главное — практика, — с видом знатока ответила я и стянула одеяло с плеча — пусть сам угрызениями совести мучается.

Вздохнул, судорожно. Затем спросил:

— Не хочешь жить здесь?

Надо же, мы догадливые!

Я развернулась, легла на спину и посмотрела на воина. Воин почему-то напрягся, причем заметно так — мышцы обозначились мгновенно, а затем одеяло натянули мне по самую шею, причем быстрым, резким и каким-то судорожным движением. По этому поводу у меня тоже возникли вопросы, но сейчас значительно важнее было другое — выяснить все касаемо моего статуса.

— Можно вопрос? — Я очаровательно улыбнулась Эрану. — Почему ты сегодня появился во дворце хас-сара Айгора?

Его рука мягко легла на мой животик, начала осторожно гладить… одеяло. Что меня окончательно расстроило.

— Ты понимаешь, что за обман повелителя твоего отца ожидают весьма суровые санкции с моей стороны?

— Горевать не буду, — честно ответила я. — У нас отношения как-то не сложились.

И я улыбнулась, не желая продолжать дальше.

— Хассарат Айгора — одна из самых закрытых территорий на Иристане, — медленно проговорил Эран. — Воины Айгора многочисленны, агрессивны, преданы своему хассару и не оставляют надежды завоевать положение правящего клана.

У меня от удивления рот открылся — то есть Эран в курсе планов папандра по захвату власти?! Поверить не могу.

— Обычно я не вмешиваюсь во внутренние дела хассаратов, — продолжил повелитель Иристана, — это не в моих интересах и не в интересах тар-энов. Традиции Иристана обоснованны, Киран, и первое, на чем держится власть, — сила. Но один воин ничто. Как бы ни был силен один, двое, трое или в крайнем случае четверо сумеют победить даже сильнейшего. Именно поэтому появились кланы. В каждом клане жесткая иерархия, но… мы сейчас не об этом. Хассар, каждый хассар, — это всегда глава клана. То есть гарантом его власти, его армией, органами контроля выступают воины клана, понимаешь?

У нас нет привычного для межгалактического союза института государства. У нас право сильнейшего — все. Глава клана — сильнейший в клане, и потому весь клан ему подчиняется. Хассар — сильнейший в хассарате, и потому каждый глава клана склонит перед ним голову. Следовательно, любые проблемы решают власти на местах. Хассар управляет своим государством сам, и только в случае нарушений традиций Иристана я имею право вмешаться.