То, что она ругалась, было и так ясно, она так часто поступала в детстве — стоило мне что-нибудь вытворить, как мама шла в ванную, включала воду на всю катушку и ругалась пару минут для собственного успокоения. На мне она никогда не срывалась. Никогда не била, даже не шлепала. Никогда не кричала, никогда не ругала. Мне все объяснялось — ласково, спокойно, предельно доступно… И когда мама вот так вот ругалась, это было самое…

— Кира. — Она подключилась к связи. — Твою мать, Кира! Атом нестабильный, ты что со мной творишь?!

Чувствую себя полной идиоткой.

— Ма-а-ам, — жалобно протянула я.

— ПОЧЕМУ??? — Это был вопль. — Почему, объясни мне?! Почему, Киран! Он что, был там единственный?!

Вспомнила свой поход в Шоданар, тех воинов и вдруг поняла — да, он там был единственный. Для меня…

— Ну, ма-а-ам, — тяну еще жалобнее.

— Я убью тебя! — прошипела мамочка. — Я тебя сама убью! Вытащу с Иристана, еще не знаю как, но вытащу и убью!

— В объятиях задушишь? — предположила я.

Короче, это — да. Другого способа жесточайшего убийства мама не знает, она всегда сначала обнимет, а потом зацелует, а затем просто скажет: «Забыли».

Мы помолчали, мама явно ругалась, но только губы шевелились, и я ни звука не услышала. А затем мама спросила:

— Так, давай поищем хоть что-то хорошее в ситуации… Ты покинула Шоданар, после он тебя видел? Он знает, кто ты? По идее, не должен. Никто в здравом уме не может даже помыслить, что дочь хассара пойдет на подобное, так?

И вот как ей теперь про все сказать?

— Ма-а-а-ам… — Бедная моя мамочка, наградили же ее небеса такой дочкой, а?

Закрыв лицо руками, мама простонала, потом застонала громче, и все. На этом с жалостью к себе было покончено. Села прямо, на лице упрямое выражение — «Всем кипец», в глазах решимость.

— Так. — Киара теперь говорила четко. — Где ты сейчас?!

— Я, ну это… дома, — промямлила я.

— У отца? Хорошо-о-о… Так. Уже сбегала, значит, шанс сбежать повторно у тебя есть. Так что нечего тут мне глазки строить! Снежную смерть в зубы и вали из дворца немедленно! Как свалишь, открой плечо — бабушка тебя найдет. Дальше будем действовать по плану… который не хотелось использовать до последнего, так как всегда есть вероятность подлянки от эйтны-хассаш.

Скривившись, понимаю, что надо как-то все сказать, а как это сказать-то?

— Ма-а-ам, — жалобно протянула я. — Понимаешь, я дома… но не у хассара…

Незабываемое выражение на маминой мордашке, а затем крик:

Огляделась в поисках хоть какой-то моральной поддержки. Была полностью проигнорирована крышей, и пришлось честно признаться:

— КИРА-А-А! — от такого вопля у меня из рук чуть сейр не выпал.

А мамуля уже спокойнее спросила:

Закрыв глаза и втянув шею в плечи, я таки пискнула:

И замерла, ожидая ее реакции.