– Видимо, хорошо учились, – не смог удержаться от сарказма Карл Иванович.
– Ваше благородие, дозвольте обратиться? – подбежал к ним стражник из числа остававшихся во дворце.
– Изволь, братец, – кивнул Кох.
– Тут до господина подпоручика какой-то человек пришедши!
– Какой еще человек?
– Он что, не представился?
– Никак нет. Назвался этим, как его, графом Блудовым!
– Так бы и сказал, – усмехнулся Будищев.
– Ваш отец? – проявил осведомленность капитан.
– Так точно! Вы позволите?
– Не смею задерживать.
Пришедший и впрямь оказался графом Вадимом Дмитриевичем.
– Добрый день, ваше сиятельство, – поприветствовал предполагаемого родителя подпоручик. – Чем обязан такой чести?
Услышав его, Блудов непроизвольно дернулся и постарался принять внушительную позу, но у него плохо получилось. Дело в том, что граф был невысокого роста и довольно субтильного телосложения, так что на фоне рослого и крепкого бастарда выглядел откровенно карикатурно.
– Нам надобно переговорить, – скривился как от зубной боли чиновник. – Но вам, судя по всему, неугодно удостоить своим посещением отца!
– Прошу прощения, – удивился столь внезапному проявлению родительских чувств Будищев, – но служба занимает все мое время.
– Неужели у вас нет ни минуты для меня?
– Увы, но охрана его величества требует неослабного внимания.
– Да-да, – торопливо закивал граф. – Я наслышан о вашем подвиге. Собственно, это и есть главная причина, по которой я хотел с вами пообщаться, сын мой.
– О как! Что же, слушаю вас.
– Здесь несколько неудобно, – встревоженно озираясь, заметил Вадим Дмитриевич. – Впрочем, если угодно, можно и тут. Полагаю, вам известно, что завтра состоится большой прием?
– На котором будут присутствовать вся императорская фамилия и дипломатический корпус…
– Да, меня предупредили.
– Превосходно, но известно ли вам, что на этом приеме произойдет церемония награждения нескольких отличившихся в последнее время лиц, в том числе и вас?
– Именно это я и хотел бы обсудить.
– Папенька, – не выдержал уставший от словесных кружев Будищев. – Скажите прямо, что вам нужно?
– Мне? – возмутился граф. – Мне давно ничего не нужно, то есть почти ничего, но это не важно. Разговор про вас!
– В прямом! Вы знаете, как наградили за такое же деяние Осипа Комиссарова?
– В общих чертах.
















Комментарии
Добавить комментарий