Я откидываю голову назад в безмолвном отчаянии. — Нет, ма, мы смотрим…

— Что ты смотришь, Джонни?

— Моя левая нога! — Гибси громко выпалил. — За сертификат об уходе, мамушка Кей!

— Я ставлю ""Гэтсби"", придурок, — одними губами произнес я, свирепо глядя на него.

— Ах, это мило, — ворковала мама, смягчившись. — Хороший мальчик, Джерард! Очень познавательно.

Гибси выгнул бровь и ухмыльнулся.

— Тебе что-нибудь нужно? — Спросил я, возвращаясь к делу. — Потому что я пытаюсь наблюдать за Кристи Браун.

— О, точно, вот в чем дело, дорогой, — нерешительно сказала мама.

Я нетерпеливо закатил глаза и стала ждать, когда она перейдет к делу. — Возможно, я не вернусь домой сегодня вечером.

Спасибо тебе, Иисус! — Это отстой.

— Движение здесь было сумасшедшим, когда я поднималась, и мысль о том, чтобы ехать обратно с отставанием от бампера к бамперу, — это больше, чем я могу вынести.

Гибси одобрительно сверкнул глазами.

— Тогда тебе определенно стоит остановиться в старом доме с папой, — ответил я успокаивающим тоном. — Ты устала, ма, слишком устала, чтобы совершать это путешествие.

— Один в темноте, — предложил Гибси.

 — Один и женщина.

— Гибс, — предупредил я.

— По-моему, звучит слишком опасно, мамушка К., - продолжил он, игнорируя меня. — Ехать ночью по Дублину в полном одиночестве.

— Она из Баллимуна, придурок, — проворчал я. — Она бы в мгновение ока оторвала твою задницу калчи.

— Мальчики! — Рявкнула мама, а затем тяжело вздохнула на другом конце провода. — Я буду дома завтра не позже обеда, чтобы отвезти тебя на прием к физиотерапевту… если ты уверен, что справишься без меня…

— Я уверен, — быстро вставил я, опустив фразу о том, что мне было прекрасно без них обоих в течение многих лет.

 — Я буду великолепно. — Наклонившись над ванной, я протянул руку и выключил душ. — Мы оба это сделаем. — Схватив с вешалки два полотенца, я бросил одно Гибсу, а другое сунул под мышку. — Не беспокойся.

— Я люблю тебя, Джонни, — наконец сказала мама.

— Да.. — Балансируя телефоном на краю ванны, я накинул полотенце на плечи Джоуи, прежде чем схватить свой телефон обратно. — Я тоже люблю тебя, ма.

— О, пока я не забыла…

— Мне пора, ма. Пока, пока, пока.. — Закончив разговор, я сунул телефон обратно в карман и глубоко вздохнул.

 — Благодарность Христу за это.

— Я сказал бы и так, — согласился Гибси, убирая руку ото рта Джоуи. — Я бы сказал, что мы вне подозрений, парень.

— Господи, — прошипел Джоуи, стуча зубами. — Ты маменькин сынок, не так ли?

— Ты хочешь, чтобы тебе снова заткнули рот кляпом? — Я прищурился. — Потому что это можно устроить.

— Да пошли вы оба, — пробормотал Джоуи, тяжело дыша. — Не делайте мне никаких одолжений.

У меня отвисла челюсть.