Ты расцветаешь…

— Я собираюсь оторвать твою киску и скормить ее тебе, чертов извращенец, — прорычал я, опуская Шэннон на пол, чтобы я мог вылезти из ванны. Распахнув дверь ванной, я направился к нему. — И откуда, черт возьми, ты знаешь, какой размер бюстгальтера носит моя девушка?

— Потому что у меня есть глаза, — рассмеялся он, а затем швырнул в меня бюстгальтер Шэннон, прежде чем нырнуть через кровать, чтобы убежать. — Знаешь, когда люди говорят, что они отлично разбираются в людях? Ну, я отлично разбираюсь в размере сисек…

— Надеюсь, тебе понравился твой последний ужин, Джерард, — прорычал я, запрыгивая на кровать совершенно голым.

 — Потому что сегодня ты умрешь.

— Держи этого зверя от меня подальше! — выдавил он, осеняя себя крестным знамением указательными пальцами. — Сила Христа принуждает вас!

— Что ты делаешь? — Голос Олли заполнил мои уши, и я рухнул на матрас быстрее кошки.

— Все в порядке, приятель? — Задыхаясь, спросил я, накрываясь одеялом.

— Почему ты голый, Джонни? — спросил он, стоя в дверях в пижаме с Человеком-пауком. — Где твоя пижама?

— Я принимал душ, — солгал я сквозь зубы и сказал ему, пытаясь прикрыться.

 — Гибси вломился и украл мое полотенце, так что я раздаю его ему.

— Да. — Нервно рассмеявшись, Гибси пожал плечами. — Мы всегда подшучиваем друг над другом.

— Это не смешно, — нахмурившись, сказал Олли. — Он может получить двойную дифтерию, если не высушит волосы.

— Двойной что? — Гибси хихикнул.

— Двойная дифтерия, — повторил Олли. — Мама сказала нам, что однажды она чуть не выпорола нашу няню. — Он нахмурил брови. — Я не уверен, что это значит, но она получила это, потому что не сушила волосы, а это должно быть супер плохо.

Они положат тебя в больницу и все такое!

— Он имеет в виду двустороннюю пневмонию, — поправил я, подавляя стон. — Со мной все в порядке, старина. Не волнуйся. Сейчас лето. Я не заболею.

— Да, но это все равно не смешно — фыркнул он. Повернувшись к Гибси, он добавил: — Как бы ты себя почувствовал, если бы кто-нибудь взял твое полотенце?

— Справедливое замечание, малыш, — ответил Гибси, подавляя смех. — Я обещаю, что больше не возьму полотенце Джонни."

"— Ну, так верни ему это сейчас же, — настаивал Олли, не отходя от двери.

 — Давай, — настаивал он. — Поступи правильно и скажи, что сожалеешь.

— Мне так жаль, Джонни, — выдавил Гибси, прижимая руку ко рту. — И я бы с удовольствием вернул тебе твое полотенце, но, кажется, я положил его не на то место.

— Не волнуйся, Джонни, — раздраженно сказал Олли. — Я куплю тебе новое. — Он направился в мою ванную быстрее, чем я успел осознать, что происходит.

— Нет, нет, нет… — крикнул я, но было слишком поздно.