— Куда вы побежали?

— Мне послышалось, что кто-то спускается по лестнице, — объяснил Дронго, поднимаясь и подходя к столу.

— И куда он делся? — насмешливо спросил Погорельский.

— Не знаю, кажется, побежал наверх. Эдгар, как у вас там дела? — крикнул Дронго.

— Все нормально! Мы все здесь! — прокричал в ответ Вейдеманис.

— Я ничего не слышал, — сказал режиссер, — у вас сдают нервы.

Дронго взял тарелку со свечой.

— Поднимусь наверх и посмотрю, как там дела, — пробормотал он, — заодно проверю, насколько сдают у меня нервы.

— Я тоже слышал какой-то шорох, — поддержал Дронго Усманов.

 — Может быть, мы не закрыли дверь и кто-то посторонний вошел в комнату?

— Господи! — испугался Погорельский. — Опять этот убийца!

Дронго подошел к двери, проверил замок. Дверь была закрыта.

— Здесь все нормально, — сказал он. — Я поднимусь наверх и проверю все сам.

— Сумасшедший дом и сумасшедшая ночь, пробормотал Погорельский. — В такую ночь лучше напиться до чертиков, чтобы потом ничего не помнить.

— Лучше быть трезвым, — возразил Усманов, — так будет надежнее.

Поднимаясь по лестнице, Дронго внимательно смотрел себе под ноги, словно стараясь что-то найти.

Он прошел на кухню и увидел столпившихся там мужчин. Отари уже поднял Мамуку и отвел его в сторону. Дронго подошел к Вейдеманису.

— Эдгар, кто-нибудь выходил отсюда? — тихо спросил он.

— Нет, — покачал тот головой, — хотя при этих свечах ничего невозможно разобрать. Но, кажется, все были здесь. Олег Шарай стоял прямо рядом со мной.

Отари увел Мамуку. Алтынбай был у холодильника.

— Он мог незаметно уйти из кухни на несколько секунд?

— Не думаю, — прошептал Вейдеманис. — Впрочем, может быть.

Мы были заняты Мамукой, а Сергея ты сам послал к женщинам.

— Мимо вас никто не проходил?

— Думаю, нет. Но я был на кухне, и не смотрел в сторону коридора. Такая темень, что ничего нельзя различить.

— Да, конечно. Отнесите скорее тело убитой в комнату и спускайтесь вниз. Только оставьте одну свечу на столе в кухне, — попросил Дронго.

— Кончится тем, что мы подожжем дом, — проворчал Вейдеманис. — Скорее бы наступило утро.

— Утро наступит тогда, когда оно должно наступить, — загадочно сказал Дронго, проходя дальше в коридор. Он открыл дверь в комнату, где лежал Гасан.

Там горела свеча. Над поваром стояла женщина. Когда Дронго открыл дверь, она обернулась. Это была Людмила.

— Я подумала, что нужно его проведать, — объяснила она свое присутствие, — ему может быть плохо, а Нани… — ее голос дрогнул, — Нани… уже не сможет ему ничем помочь.

— Вы правы, — мягко согласился Дронго, — спасибо вам большое.

Он осторожно закрыл дверь и прошел в другую комнату. Здесь никого не было, если не считать лежавшей на кровати убитой актрисы. Дронго подошел ближе.