Сразу же рванул к нему, чтобы добить, но перед ним появился судья и отправил меня в угол. Сам же начал помогать встать моему противнику. Честно говоря, я был в шоке от такой наглости, но возможно здесь были такие правила. С ними меня ознакомили только на ринге и то одной фразой.

Так он с ним возился до того момента, пока не прозвучал гонг, и на ринге появились помощницы. Моя тоже выставила стульчик, и сама вскарабкалась на ринг.

— Садись, тебе нужно отдохнуть, — сказала она.

— Это был только первый раунд.

— Я уже должен был победить.

— Нужно было сразу добивать.

— Так я сейчас и сделаю. Оставь меня.

— Не могу — это моя работа.

— Тогда просто не отвлекай и не трогай.

— Я тебя попросил не отвлекать меня.

Я попытался сосредоточиться на пси, но не мог. Видимо, мне мешал ошейник на шее.

— Давай я тебе побрызгаю на лицо?

— Скажешь ещё хоть слово, и я выкину тебя с ринга.

Она замолчала, а я снова попытался сосредоточиться на пси. Пси ничего хорошего мне не обещало.

Прозвучал гонг, и мы снова начали. В этот раз я чувствовал у моего противника страх и сразу атаковал, обрушив на него град ударов. Он пытался огрызаться, но я чувствовал его контратаки и уклонялся от них, жестко отвечая. Страх всё нарастал, а мой противник уже с трудом держался. В какой-то момент он покачнулся и вновь рухнул на пол ринга. В этот раз я коршуном прыгнул за ним и стал добивать ударами в голову. Как оказалось, это было моей ошибкой — я попался на хитрый приём. Он специально сам завалился на пол.

Как только я оказался сверху, он схватил меня за руку и, не обращая внимания на мои удары, подмял под себя, и здесь я понял, что попал. Мои попытки прикрываться руками от его ударов выглядели жалкими. Он пробивался сквозь них, при этом я извивался как уж, стараясь выскользнуть из его захвата. У меня это плохо получалось, он крепко держал меня.

Одновременно я смотрел за временем. Время раунда уже истекло, но гонга не было. Кто-то сознательно затягивал раунд, чтобы дать ему меня добить. Уже почти потеряв сознание, я нанёс пси удар и сразу рванулся. Хватка ослабла, я вырвался и перекатился несколько раз. Уже держась за сетчатое ограждение ринга, я стал подниматься на ноги, внимательно наблюдая за противником. Он на коленях полз в мою сторону. Гонг болью отдался в моих ушах. Я посмотрел на время. Раунд продолжался на полторы минуты больше, чем первый.

— Я не понял? Почему этот раунд был длиннее на полторы минуты? — с трудом спросил разбитыми губами у судьи.

— Ты ошибся. Все раунды одинаковые. Иди в свой угол, — ответил судья с видом, как будто ничего не случилось.

— Ну-ну, — ответил ему и направился в свой угол.

Моя помощница уже находилась на ринге и ждала меня.

— Садись, я сейчас тебе помогу, — сказал она, когда я подошёл.