На войне умение общаться с врагом может оказаться жизненно необходимым навыком.

Две пары кинжалов схлестнулись, озарив мрак позднего вечера снопом искр. Проклинатель продолжал читать сглазы, в то время как я непрерывно снимал их обратными заклятьями.

Но дыхалка у этого парня не могла быть настолько хороша. Безостановочно говорить, атаковать и защищаться без передыха способен не каждый. Я выгадал идеальный момент, когда заклятье порчи достигнет самого тяжёлого слога. Мои кинжалы прорвали его защиту, когда он попытался сделать вдох. Я извернулся и ударил локтем по его губам, заставив прервать порчу.

И это вернуло моему отцу способность говорить.

— Прекратить огонь! — тут же раздалось из вагона под нами.

Молодчина. Быстро сообразил.

Ударом по шее я вырубил проклинателя, затем подхватил ружьё и моментально нацелил его на медиума.

— Не с места! — крикнул я. — Отзови призраков и сдавайся. Иначе — смерть.

Слово «смерть» тёмные магии знали на всех языках. Медиум понял, что я пытался до него донести. А потому отозвал призраков и в отчаянии прыгнул с моста — в озеро.

Рискованный ход. Вероятность выжить при таком прыжке — небольшая.

Но сдаваться он не захотел. Похвальный, хоть и глупый ход.

Я сбросил тело проклинателя с крыши поезда, а затем спрыгнул сам.

— Константин! — крикнул мне запыхавшийся отец. — Цел?

— Цел, — кивнул я. — Можешь успокоиться, все маги ликвидированы. В голове поезда двое. Один мёртв, другой без сознания. Обгоревший некромант упал в реку. Вряд ли выжил. Проклинатель, как видишь, взят живым. Только медиум, возможно, скрылся.

— Солдаты! — прокричал отец. — Слушать мою команду! Разделиться на две группы. Спускайтесь с моста к берегу озера, оцепите берег.

Проследите, чтобы эти ублюдки не выбрались из воды.

— Есть! — хором воскликнули бойцы и приступили к исполнению приказа.

— Подмогу я уже вызвал, — сказал мне отец, протирая шею.

Видимо, надорвал глотку, пытаясь прокричаться сквозь сглаз.

Мы с отцом остались наедине. В поезде прятались проводники, а машинист был мёртв, так что спешить нам теперь было некуда. Оставалось только ожидать прибытия поддержки.

— Константин, — отец осмотрел меня с ног до головы — так, будто не мог узнать во мне собственного сына.

— Этого ведь просто не может быть… Немыслимо.

Я решил ничего не отвечать. Лучше дождаться и выяснить, какие выводы из увиденного сделал отец. Артефакт хорошо скрыл тёмную магию. Вряд ли он догадался, что я снял с себя печать.

— Двойная инициация, — заключил он. — Ты ведь только что пользовался светлой магией. Огонь, сын! Огонь! — отец рассмеялся, как безумец. — Как давно ты это умеешь?

— Это произошло впервые, — солгал я. — Видимо, организм так отреагировал на большое количество тёмной магии.