Судя по некоторым признакам, решетку вынимали совсем недавно. Плотный валик набившейся в паз земли потрескался и раскрошился, несколько прямоугольных кусочков засохшей грязи вывалились наружу и лежали на мостовой. Синица рассеянно наступил на них подошвой и растер в пыль.

– Будь другом, – сказал он вышибале, – вынь ее оттуда и положи в сторонку. Спина у меня чего-то...

Немного поколебавшись, вышибала с огромной неохотой наклонился и без усилий поднял тяжелую решетку. Похоже, он мысленно проклинал ту минуту, когда ему в голову пришла идея выйти покурить на улицу.

С негромким лязгом опустив решетку на асфальт в метре от колодца, он отошел в сторону и принялся брезгливо вытирать пальцы носовым платком.

Синица не обратил внимания на эту пантомиму. Он присел на корточки на краю открывшейся прямоугольной ямы, наклонился вперед и, свесив голову, стал смотреть вниз.

По дороге из отеля к Стаканычу Глеб заглянул на набережную. Старик был здесь – Сиверов видел, как он горячо втолковывал что-то стройной загорелой блондинке и ее скучающему спутнику, которые стояли перед стендом с его картинами. Мысленно пожелав Чернушкину удачи, Глеб отправился к нему домой – нужно было взять из тайника в сарае еще немного денег, поскольку создаваемый им образ запойного лесопромышленника требовал чертовски больших финансовых затрат.

Он отпустил такси в двух кварталах от дома и прошел оставшуюся часть дороги пешком, думая о том, что местные менты оказались на удивление сообразительными ребятами. Собственно, Слепой не рассчитывал на то, что смерть Гаспаряна спишут на естественные причины, – местные воротилы наверняка ждали чего-то именно в этом роде и потому отреагировали мгновенно.

Чего Глеб не ожидал, так это что его трюк с канализацией разгадают сразу. Он еле успел забрать акваланг из коллектора. Уже на следующий день вокруг белого домика на мысу было полно лежащих в засаде ментов, а возле устья канализационной трубы в море болтался милицейский катер, с которого ныряли аквалангисты. Глеб не знал, что они рассчитывали там найти, но такая оперативность ему не понравилась: в команде противника, похоже, был кто-то, у кого хватило ума выбрать из всех возможных версий ту, что была ближе всего к истине, и твердо ее придерживаться, несмотря на отсутствие улик.

Впрочем, насчет улик у него тоже были определенные сомнения. Если кто-то сообразил, каким именно способом убрали Гаспаряна, то канализационный колодец на стоянке перед казино наверняка обследовали. Там, в колодце, дошлый мент мог найти сколько угодно улик, подтверждающих его правоту. Например, следы ботинок на слежавшемся песке, нанесенном в канализацию дождями, или остатки пролитой тормозной жидкости, смешанные все с тем же песком...