Макс с минуту молчал.

— Хорошо, — наконец, нехотя, произнёс он. — Особо нечего рассказывать. Я был старшим следователем в районном отделе милиции, у меня было дело, касающееся одной группировки, которая занималась разбоем и крышеванием подпольных борделей. Тогда у меня ещё была семья. Мы арестовали почти всех, и уже праздновали победу, когда мне позвонили. Неизвестный сообщим мне, что моя жена и дочь у них, и если я не хочу, чтобы они умерли, я должен развалить дело. Я развалил дело, тем более о ключевых доказательствах знал лишь я, и только мой свидетель мог доказать их вину.

Его убили, бандитов отпустили, мне вернули жену и дочь, но я навсегда попал на крючок. Я работал на них полтора года, я стал гнидой. Жена ушла, забрав Светку. Я не буду говорить, сколько я наворотил, много, очень много. В итоге меня взяли, я сдал ещё нескольких ментов. Банду тоже взяли, мне на зоне вынесли смертный приговор, но я прожил достаточно долго, чтобы оказаться в этом мире. Вот и вся история.

Сергей посмотрел на Алису.

— Ну, что скажешь, насколько он виновен?

— Виновен, — подумав, ответила девушка, кося глазами на своего мужа.

Рыбак видел, что она нервничает из-за вопроса, боится, что обидится или рассердится, но Макс был спокоен, он взял её руку в свою.

— Все нормально, милая, — успокоил он жену, — говори, что думаешь.

— Да нет, — слегка дрогнувшим и неуверенным голосом произнесла Алиса, — ты ведь начал работать под давлением, а не сам выбрал этот путь?

— Спасибо, что щадишь меня, но нет нужды, я сам скажу. Поначалу было давление, потом появились грязные деньги, а потом жена ушла, я даже сам потерял её след. Но я уже был сломлен. Что мне мешало сдать этих людей? Да ничего, я просто стал таким же, как и они.

А сознаться мне не хватило храбрости. Наверное, поэтому я был так рад, когда нас замели, я сдал всех. Я преступник, Алиса, я много раз нарушал закон, и я должен быть тут. А вот Олег нет, если, конечно, не врёт, он стал жертвой системы.

Сергей внимательно посмотрел на присутствующих.

— Теперь, когда мы разобрались с Максом, вернёмся к теории отправки за ворота. Как тщательно будет проводиться проверка? Насколько велика вероятность, что тот, кто распоряжается одной из установок, открывающей сюда проход, не скурвится и не начнет запихивать сюда тех, за кого ему заплатят?

— Очень велика, — подала голос Жанна.

 — А если это будет поставлено под законные основания, сюда хлынут не тысячи, сюда хлынут миллионы.

— Верно мыслишь, солнышко, — согласился с ней Рыбак. — Всё будет зависеть от того, кого будут считать неугодными. Всё будет зависеть от людей, а люди падки на деньги, власть. Так что, думаю, под этой крышей появится ещё много тех, кого система сочтет неугодными.