А еще меня не оставляло ощущение, что наш разговор порядком затянулся. Кажется, меня о чем-то постоянно спрашивали, но я мялась, не зная, что ответить, поэтому он что-то со мной сделал. Какую-то манипуляцию, из-за чего мою голову затянула белая пелена, перед глазами поплыло, а сознание затуманилось.

Но я все-таки очнулась, а теперь тщетно пыталась разобраться, кто я такая и где нахожусь, потому что на все эти вопросы память отвечала могильным молчанием.

Я знала лишь то, что сидела в холодном каменном мешке – влажном и промозглом, без окон и с закрытой дверью. Внезапно – словно по щелчку пальцев – ко мне вернулись ощущения, и я в полной мере осознала, что промерзла до костей. И что темно-серое до пят платье с узкими рукавами и со шнуровкой по бокам, нисколько меня не согревало. Наоборот, сдавливало грудь, мешая свободно дышать.

Кстати, откуда на мне эта вещь? Уверена, никогда такой не носила!

Но на этом странности не заканчивались.

Я сидела на колченогом стуле без спинки, из-за чего моя собственная спина давно уже затекла. От мужчины меня отделял стол, на который сверху лился рассеянный свет. Голова болела, поэтому я не стала ее задирать, чтобы посмотреть на лампу. Вместо этого уставилась на тяжелую бронзовую чернильницу, из которой торчало сизое перо.

Чернильница с пером… Такое я видела только в фильмах!

Снова заморгала, подумав, что, быть может, я промерзла настолько, что мне уже начинает мерещиться? Вот, мысли тоже путаются…

Причем путались они уже давно, потому что я понятия не имела, кто эти люди и что они от меня хотят. Потому что в углу обнаружился еще один.

Скорее всего, он исполнял обязанности секретаря. Одетый в серую хламиду, устроился за узким столом около тяжелой двери и что-то старательно выводил на желтоватой бумаге, обмакивая перо в чернильницу.

Я еще немного посмотрела на его чернильницу, а затем на дверь с задвинутым засовом, после чего перевела взгляд на висевший над головой секретаря светящийся огонек. Но ни лампочки, ни тянущегося провода так и не обнаружила.

Огонек просто висел, подрагивая и покачиваясь, и я снова заморгала, пытаясь найти этому приемлемое объяснение.

Где я, черт побери?..

– Леди де Эвре, – напомнил о себе мужчина напротив меня. У него был уверенный, властный голос. – У вас было достаточно времени, чтобы обдумать мой вопрос.

– Было, – отозвалась я глухо.

– Вы понимаете, о чем я у вас спросил?

– Нет, – призналась ему честно, с трудом оторвавшись от созерцания светящегося шара над головой у писаря. – Я вообще ничего не понимаю! Где я?!

Хотела поинтересоваться, кто такая, черт побери, леди де Эрве, чьим именем он только что меня назвал, но тут внутренний голос внезапно взвыл, предупреждая… Сказал мне, что этот человек опасен и подобных вопросов задавать ему нельзя.