Я только вынырну, а они пикируют! А бабушка дома недоумевала, и чего же это я на пирог не спешу! Ладно, давай возвращаться, если ты уже все листья мне перетаскал, — и оставив Степана собирать свои сокровища, Катерина, вернувшись в лебединое оперение, пошлепала обратно в Дуб.

Волк только вздохнул, когда Жаруся вместе с Катериной, отправились полетать. Накануне он попытался было навязаться к ним в компанию, но увидев, как Жар-Птица опять начинает зажигать сердитые искорки на крыльях, поспешно перевел разговор на другую тему. Но, решил потихоньку издалека всё-таки посмотреть, чтобы на горизонте было чисто, и никто не помешал полету Катерины. Но, выждав немного времени, и взлетев, к своему удивлению, нигде ни Жаруси, ни Кати не обнаружил. Он поднялся выше, ещё выше, даже на горизонте их не было!

— Кот! Лежебока! Да проснись ты! — от толкнул Кота носом, потом передней лапой, а потом, не дождавшись результатов, прихватил его за шкирку зубами и поднял над лежанкой, встряхнул, на манер мокрой тряпки, а потом опустил обратно.

— Да что ж такое то! Почему меня все мучают! Дай же поспать спокойно! — взвыл Баюн, приоткрывая левый глаз.

— Да ты всё продрыхнешь! Катя полетать отправилась с Жарусей!

— И что? Она, Жаруся то есть, мне говорила, причем так же как ты. Разбудила, растолкала и давай вещать! Что за моду взяли, будить котика!

— Да она и мне говорила, но, чует моё сердце, что-то тут не так! И их нет! Они только взлетели, и их нет!

— Да что ты от меня хочешь? Мне что ли взлететь полетать, поискать? Отвяжись! Если бы Катя сама летала, а то с Жарусей! Ты хочешь с Жар-Птицей поспорить?

— Кот! А Кот! Глянь в зеркале, и я тебя оставлю спокойно спать! — Волку было не по себе.

— Да как же ты меня достал! — Баюн тяжело сполз с лежанки, и понимая, что Бурый не отвяжется, доволок себя до сундука, добыл зеркальце, и приказал показать Катю и Жарусю.

— Вот! Вот видишь! Летят себе, никого не трогают! Красиво и спокойно. Отстань уже и он них и от меня! Ребенок кошмары видит каждую ночь. Плачет во сне. Из-за нас, между прочим! Боится за нас. Немудрено, что ей развеяться надо! — Кот забрал зеркало из-под носа Волка, уложил его обратно в сундук и поплелся обратно на лежанку. Если бы он ещё совсем немного посмотрел в зеркальце, то увидел бы знакомые очертания горы, и спуск Жаруси и Кати к проходу в пещеру, но Кот мирно спал, а Волк, повздыхав о странном поведении Катерины и потакании ей Жаруси, отправился срывать злость на Степане.

— Жаруся, милая, вот спасибо тебе! Как мы быстро добрались! — Катерина опять прикрывала глаза, как тогда, когда они летели с живой водой для Волка, скорость Птица развила невероятную.

— А как же! Волк-то за нами полетел. Так, на всякий случай, проконтролировать, но увидеть уже не успел. Он так быстро двигаться не может.