Мальчик чуть жив! Сам знаешь, от такого и помереть можно!

Волк, которому, чтобы не смущать людей в городе, опять пришлось стать Бранко, вздохнул! Подумал, взял на руки Степана, который бессильно привалился к дверному косяку и уже медленно сползал вниз, отнес на кровать.

— Давай уже, приходи в себя. Хорош дурью маяться! — пробурчал он, довольно небрежно свалив совершенно несчастного и обессиленного мальчишку на постель. Тот только поднял измученные глаза и отвернулся к стене.

Катерина было хотела к Степану сходить, но Жаруся не пустила.

 — Ему это надо самому пережить. Такая рана не лечится живой водой.

— Рана? — удивилась Катя.

— Конечно. Рана в сердце. Не фыркай, это очень больно, даже если она нанесена случайно, а тут Гордея била специально и побольнее, чтобы наверняка! Сегодня его не трогай.

Катерина промаялась до ночи, Степан не вышел. Утром он продолжал валяться на кровати, как сломанная игрушка. Вся сказочная компания поехала с Елисеем, сопровождать его свататься к Василисе.

Жаруся тоже не удержалась. Она обожала свадьбы, и раздумывала, чтобы такое подарить невесте, с учетом цвета её волос и глаз. Катерина отговорилась усталостью и осталась в тереме.

— Степ, можно к тебе? — она подождала, пока все уедут подальше и стукнула в дверь комнаты Степана. Тишина. — Степ, я все равно войду! Если не одет, укройся! — она повторила сказанную когда-то фразу и подождав минуту, решительно вошла.

Степан лежал на кровати совершенно одетый, плотно закрыв глаза.

Он надеялся, то если притвориться, что спит, то его оставят в покое.

— Не хитри! Ничего ты не спишь! За окнами так орали, да и я с тобой разговариваю громко. Степан, поговори со мной! — Катерина начала злиться на Степаново молчание.

— Может, и правда, оставить его в покое? — засомневалась она было, но тут углядела на подушке мокрое пятно. — Вот тварь мерзкая, до слёз человека довела! — злобно подумала она про Гордею.

— Так, или ты заканчиваешь меня игнорировать, или я вылью на тебя ведро воды.

Прямо вот сейчас принесу из колодца и вылью! Там знаешь, какая там вода холодная!

— Отстань. — Степан не повернулся и не открыл глаза. — Убирайся! Видеть вас никого не могу! Ненавижу вас всех!

— Так, пациент скорее жив, чем сдох, — порадовалась Катерина про себя, не обратив ни малейшего внимания на грубость.

— Вот ещё! Размечтался. Сейчас вот прямо возьму и уйду, — она демонстративно уселась на лавку, специально громко звякнув кладенцом.