Я же напротив - иду рядом с ним, приветственно улыбаясь знакомым, и ощущаю себя здесь инородным телом.

Внутри царапает, дерет тревога и предчувствие трагедии. Хочется подобрать руками длинный подол платья и бежать прочь. Но лежащая на пояснице рука мужа и впившиеся в мой локоть пальцы свекрови сдерживают порыв.

- … он ведь всего на пять лет меня младше… - проникает в сознание голос Ангелины Леонидовны.

Ее монолог длится уже достаточно продолжительное время, но я даже не пытаюсь вникнуть в суть. Раньше такого не было, я жадно ловила каждое ее слово. Она редко рассказывала что-нибудь из прошлого, но каждый раз это была сенсация.

Подробности личной жизни местных знаменитостей, грязные секретики, которые я любовно коллекционировала в своей памяти, почему-то считая, что они автоматически делают меня частью высшего света.

- …но потом он женился на Светлане, она была из хорошей семьи и на семь лет младше меня…

Я киваю, догадываясь, что речь о самом Вахрушеве, виновнике торжества.

- Но хорошие отношения мы сохранили на всю жизнь… делали вместе одно дело, стояли у самых истоков.

- Где сейчас… эта Светлана? – спрашиваю, помня, что теперешнюю жену Виктора Семеновича зовут Анжеликой и что младше она его почти на тридцать лет.

- Она постарела, пошла в утиль, - жестко усмехается свекровь.

- Такова жизнь, - пожимает она плечами, салютуя кому-то бокалом.

Мерзко, но у меня, видимо, столь же чудесные перспективы. Когда я поправлюсь, постарею, стану недостойной стоять на приеме рядом с Костей, меня тоже спишут, как просроченную палку колбасы.

Мягко освободив свой локоть, я шепчу мужу на ухо:

- Я пойду с Олей поздороваюсь.

- Иди, только ненадолго, скоро юбиляр приедет.

Подхватив с подноса проходящего мимо официанта бокал с шампанским, направляюсь к чете Старновских. С кем-то беседуя, они замечают меня и оба смотрят, как я приближаюсь.

Вадим буквально облизывает взглядом, он никогда не скрывал своего ко мне интереса, а Оля оценивающе, потому что ее муж постоянно сравнивает ее со мной.

Она действительно немного не в форме. После родов расплылась талия, и раздались бедра, но, на мой взгляд, выглядит женственнее, чем до этого.

- Привет, - улыбаюсь всем сразу.

Оля целует воздух рядом с моим лицом, я делаю то же самое.

- Виктория, ты самая прекрасная из всех присутствующих здесь дам, - произносит нараспев Вадим.

Плюнуть бы в морду, да нельзя. Вот урод!

Глянув на Ольгу с сочувствием, беру ее под локоть и веду прогуляться. Она обиженной словами мужа не выглядит, наверное, привыкла. Рассказывает про сынишку, показывает в телефоне его многочисленные фото, говорит, что начала соблюдать диету и ходить в зал, несмотря на то, что до сих пор кормит грудью.

- Рано, конечно… будь осторожной, - предупреждаю я.