- Ковалев три партии мне проиграл!

- Он там тоже был? – спрашиваю, удивляясь, потому что раньше не слышала, чтобы тот играл в бильярд.

- Ага… а знаешь, что мне Старновский сказал?

- Что отправил свою Ольгу в спортзал, говорит, для того, чтобы она хотя бы немного стала похожей на тебя.

- Ты ее когда в последний раз видела? – заходит в ванную и, включив воду, начинает намыливать руки.

Я иду следом, снимаю с держателя полотенце, чтобы потом подать его Косте.

-Ну?.. Ничего не заметила? – усмехается он, - она же разжирела.

- Она родила всего три месяца назад, - замечаю резонно.

Отчего-то мне по-женски обидно за Ольгу. Она действительно немного поправилась после родов, но это ведь нормально. Во время беременности и кормления грудью организм женщины претерпевает колоссальные изменения. Мужчинам этого, видимо, не понять.

- Ну, а я о чем? Пора приходить в форму.

То, что мужья за спинами жен обсуждают и сравнивают их внешность, тоже не очень приятно.

- Кость, а если я поправлюсь, когда рожу, ты меня разлюбишь? – улыбаясь, спрашиваю беспечно.

- Ты не поправишься, я тебя знаю, - принимает из моих рук полотенце, - ты в этом плане ответственная.

Я вот в этом не уверена, потому что наследственность, прямо скажем, не очень удачная. Моя мама, ее сестра и бабушка всегда были склонными к полноте. Поэтому-то я и слежу за своей фигурой так скрупулезно.

Что будет с ней после родов, одному Богу известно.

- И все же? – не отстаю, следуя по пятам, когда он проходит через прихожую в спальню.

- Вик, ты чего? Ты же не беременная?

- Нет! Просто ответь!

- Не разлюблю, конечно! Я же тебя не за фигуру полюбил! – смеется Костя.

Он пожимает плечами, отвернувшись ко мне спиной, снимает рубашку – поло и бросает ее на кровать.

- Ты идеальная. Самая лучшая.

Среда у меня более или менее разгружена срочными делами. Утром заезжаю в офис к Соболеву обсудить продление договора о сотрудничестве. Вместе меняем несколько пунктов, по которым мои детейлинг – студии единственные, с которыми работают салоны Мота, а когда я выхожу из его кабинета, нос к носу сталкиваюсь с Элькой.

- Привет, Соболенок!

- Твое прозвище морально устарело, Зверь! – поднимает указательный палец вверх, - я уже давно Тюменцева.

- Из головы вылетело, прикинь… Все время забываю.

- Понимаю, - сочувственно кивает, - в твоем возрасте голову беречь нужно, Егорушка.

После традиционного обмена шпильками, приобнимаю ее за плечи и веду вдоль коридора.

- Как жизнь-то? С кем детей оставила?

- С Аней. Заехала ненадолго Моте помочь. Вы же там договор подписать должны были…

- Отлично. У тебя как?

Элька многозначительно усмехается. Смотрит на меня, словно поймала на лжи.

- Ты мне зачем Женьку обижаешь?

- Жалуется тебе, что ли?

- Почти каждый день.