Сначала он предположил, что это архитектурное обрамление источника, который давным-давно высох, потом кто-то сказал, что в свое время здесь была часовня старой церкви.

Как бы то ни было, сейчас постройку использовали как тюрьму.

Строение имело круглую форму. Стены были сложены из песчаника. Окна отсутствовали. Должно быть, его возвели в тот же период, что и замок Райклиф, – другими словами, в незапамятные времена. Деревянный потолок, конечно, давным-давно сгнил. Вместо него над головой виднелась решетка из железных прутьев, которая отбивала у заключенного всякую охоту выбраться наружу, но свободно пропускала внутрь свежий воздух и золотые снопы солнечных лучей. Тут и там из щелей в стенах торчали куски мха и листья папоротника.

Как и другие постройки в деревне, выглядела тюрьма своеобразно и в чем-то даже привлекательно, но была при этом крепкой и основательной. Единственный вход перекрывала дверь кованого железа – ручная работа Аарона Доуса, вне всякого сомнения. Торн знал его как искусного кузнеца.

Запястья Торна обхватывали металлические наручники, соединенные цепью. Оковы были самыми настоящими, из коллекции сэра Льюиса. Два ключа от них и от двери лежали сейчас в кармане Брама, а он дал слово.

Торна затворили надежно и всерьез.

Ночь выдалась нелегкой. Сидеть скованным в темноте… Тишина разбудила в нем дикого и беспощадного зверя, но оковы были крепки, стены – тоже. Даже если бы он тронулся умом и попытался вырваться отсюда, ему бы это не удалось.

Что и к лучшему. Потому что, реши он выбраться, справиться с охраной ему бы ничего не стоило.

– Ну-ка расскажите мне еще раз, – крикнул Торн, – как это вас угораздило стать тюремщиками.

Финн и Руфус Брайты сидели по другую сторону запертой двери и играли в карты. Это были братья-близнецы лет шестнадцати. Торн не доверил бы им нести дозор даже на юго-восточной, самой безопасной башне Райклифа, не то что охранять опасного преступника.

– Мы исполняем отцовский долг, – объяснил Руфус. – Он гонялся за контрабандистами до того, как перепутал, на какой стороне находится сам. Контрабанда дает хороший доход, как мне кажется.

– Как только его не стало, – продолжил за него Финн, – обязанности перешли к Эрролу, нашему старшему брату.

– А Эррол на этой неделе уехал в Дувр. – Руфус сплюнул и перетасовал колоду. – Вот так вам повезло с нами.

Это им повезло, хотел сказать молокосос. Торн много занимался с молодыми ополченцами в Спиндл-Коув в минувшем году, так что легко мог представить, насколько им нравится такое занятие.

Послышался голос Брама:

– Финн и Руфус, надеюсь, вы хорошо обращались с заключенными?

– Торн? – Брам заглянул в окошко на двери. – Еще не умер от истощения, я полагаю?

– Ты не думай, что мне это ничего не стоит.