– Поверить не могу! Ты собирался уплыть в Америку, так ничего мне и не рассказав, навсегда оставив меня с моими сомнениями.
Он поднял голову. Кейт ходила по комнате из угла в угол. Баджер носился за ней, норовя ухватить за развевающиеся юбки.
– Если бы Грамерси не нашли картину и не стали разыскивать меня… – Ужасная мысль поразила ее. – О господи! Они действительно разыскивали меня? Послушай, моя мать походила на ту женщину, что на портрете? Она носила кулон с синим камнем?
– Не могу сказать. Я помню не намного больше тебя. Когда мы виделись с ней, она обычно была нарумяненной и с подкрашенными глазами.
– Элли Роуз? – Кейт резко шагнула к нему. – Мою мать звали Элли Роуз?
– Все знали ее под этим именем. Не думаю, что оно было настоящим.
Элли Роуз! Могло ли так случиться, что Элли Роуз и Элинор Мария – один и тот же человек? Или это была какая-то другая несчастная душа?
Тогда кто такая Кейт: дитя маркиза или дочь проститутки? А может, то и другое?
Ноги отказались держать ее, и она опустилась на пол. Баджер тут же кинулся к ней на руки, решив, вероятно, что это какая-то игра, но Кейт не обратила на него внимания.
Против обыкновения, она потрогала родимое пятно на виске. «Дитя позора» – так назвала ее мисс Парем. Дитя, которому надлежало жить с ощущением стыда.
«Будь храброй, моя Кэти».
В минуту одиночества и самого черного отчаяния этот голос давал надежду. Она не могла отказаться от надежды и сейчас. Где-то был человек, который любил ее, пусть даже это падшая женщина из дешевого борделя. По сути, это не имело никакого значения.
– Теперь ты поняла? – проник в ее сознание голос Торна. – Именно поэтому я пытался оградить тебя от правды. Забудь о прошлом, Кэти. Живи тем, что есть сейчас. У тебя есть друзья, ты нашла семью, которая готова тебя принять.
– О боже! – задохнулась Кейт. – Надо все им рассказать…
– Нет! – Торн стукнул по столу кулаком. – Они ничего не должны об этом знать.
– Но я должна! Неужели ты не понимаешь? Тут может существовать связь. Если Элли Роуз и Элинор… тогда они убедятся, что я дочь Саймона.
– Да, и узнают, что ты жила в публичном доме, и отвергнут тебя.
Кейт покачала головой.
– Грамерси не способны на такое. Семья превыше всего. Так они всегда говорят. Они пережили не один скандал.
– Скандал скандалу рознь.
Она понимала, что Торн прав. Если бы ее мать была элитарной куртизанкой, тогда, может быть, скандал и не получился бы большим. Но если тайна ее происхождения связана с низкопробным борделем в Саутуарке…
– Мне придется рассказать им правду.
Комментарии
Добавить комментарий