Укусы гадюки редко бывают смертельными: так написано в твоей книге, – нужно только наложить мазь на ранку и напоить тебя отваром.

Он крепко удерживал ее, не давая шевельнуться.

– Я умираю. Побудь со мной.

Отчаяние навалилось на нее, но усилием воли Кейт заставила себя успокоиться и вспомнила, как Сьюзен говорила, что большие и сильные мужчины превращаются в самых капризных пациентов, как только оказываются на больничной койке. От небольшой простуды они начинают стонать и охать, словно уже стоят на краю могилы. Торн просто слишком остро реагирует на ситуацию. Она понадеялась на это.

Кейт вытерла пот у него со лба.

– Ты выздоровеешь. Все образуется. Я сейчас приготовлю тебе…

Он не дал ей договорить:

– Ты меня совсем не знаешь.

– Знаю, причем намного лучше, чем ты думаешь: мне известно, что ты храбрый, добрый и…

– Нет, не знаешь. И не помнишь меня. Но это и к лучшему. Когда я только сюда приехал, меня это беспокоило: боялся, что ты можешь меня узнать, – но так… – Он хрипло вздохнул. – Но так даже лучше.

– О чем ты? – Кейт затаила дыхание. – Что лучше?

– У тебя все так хорошо сложилось, Кэти.

Если бы она видела тебя, то гордилась бы тобой. – Голос его затих, глаза закрылись.

Кейт потрясла его за руку.

– Кто? Кто гордился бы?

– Спой мне, – шепотом попросил он. – Твой чудесный голос будет последним, что я услышу. Я унесу с собой отголосок рая, даже если меня отправят в ад.

Кейт не знала, как реагировать на его бессвязные мысли. Возможно, Торн просто бредил. Это могло быть единственным объяснением.

– Я должна истолочь траву, – выговорила она с трудом. – Нужно приготовить мазь, а потом отвар.

– Спой. – Рука, державшая ее волосы, ослабела, и он пропустил прядь волос через пальцы.

 – Только не про сад. И не про цветы. Что-нибудь другое.

Она застыла в недоумении.

– Откуда ты знаешь эту песню? Слышал от меня?

– Всегда ее терпеть не мог… Из твоих уст…

Кейт порылась в памяти: мог ли он слышать эту песню от нее, – но так и не вспомнила. Впрочем, даже если и услышал, почему она ему так не нравилась?

– Ты что, за мной следил? Шпионил?

Что ж, ей хватит терпения получить ответы на все вопросы, а пока Кейт собиралась заняться делом. Высвободившись из его рук, она попросила:

– Полежи спокойно, а мне надо приготовить мазь.

Поговорим обо всем, когда выздоровеешь.

– Кэти, просто спой мне. Я уми…

Она слегка встряхнула его, чтобы он пришел в себя и открыл глаза. Зрачки у него стали такими огромными, что радужки не было видно.

– Ты не умрешь. Слышишь меня, Торн?

– Да. – Его глаза медленно сфокусировались на ее лице. – Но на всякий случай…

Он неожиданно привлек Кейт к себе и прижался к ее губам в неистовом, лихорадочном поцелуе на пороге смерти.

Торн застал ее врасплох.