По узкому проходу между двух кресел пробравшись на место пилота, я сел в кресло и стал изучать надписи на экране – выйдя в меню и найдя опцию закрытия грузового отсека, активировал, ничего сложного. Звукоизоляция в отсеке хороша, не хочу, чтобы земляки знали, что я делаю. Я оттого и о денежных делах не говорил, а, скорее, шептал, так что вряд ли земляки нас слышали, а сейчас тем более не услышат.

Покинув салон глайдера, – того нервного, что мне так помог, я уже обыскал, – я и по трем остальным прошелся. Одежда у них оказалась простая и не особо меня заинтересовала, а пояса с чехлами снял и закинул в салон глайдера.

Дальше стал приводить в сознание старшего. Привел, потер виски, похлопал по щекам, и тот, морщась, начал приходить в себя. А хорошо я его приголубил, похоже, скоро он будет светить двумя мощными фонарями под глазами.

С главарем тяжело было, я ему руки сзади связал ремнем от баула, но он отстегивался, пришлось минут пять поработать, пока тот не согласился подарить неправедно нажитое. Правда, от этого на счет мне пришло сорок три тысячи, о чем главарь копию квитка прислал, чем подтвердил переход средств на мой счет, и снова «под протокол» подарил мне глайдер.

Что нужно говорить при дарении имущества, я знал, база «Юрист» – наше все. Тем более глайдер тут навроде велосипеда, хочешь – регистрируй, хочешь – нет, этот зарегистрирован не был. Так что главный скинул мне коды владельца и даже прошел в салон и помог сменить владельца в управляющем компе, прописав меня. Я лично понятия не имел, как это делается, но оказалось легко – сам бы разобрался, если бы с меню работал. Он же показал, как войти в память бортового компьютера и активировать прошлый маршрут, чтобы глайдер на автопилоте вернул нас к Центру Беженцев. Дальше я его вырубил шокером, а вот с двумя первыми молодчиками поработать не успел – рядом со свистом совершил посадку схожий глайдер, имевший неуловимо ощутимые современные черты корпуса. Этот аппарат был явно новее того, что я вот так нежданно-негаданно заполучил.

Что делать дальше, я уже успел продумать, да и старший из похитителей помог. Оплату за восьмерых «диких» он должен был получить анонимным банковским чипом. Что ему пригодится, то и мне сойдет. Поэтому я вышел наружу. На траве лежали четверо похитителей, живые, но без сознания, в шеренгу, и я, положив ладонь на рукоятку шокера, стал ожидать подхода покупателей.

– Я смотрю, власть сменилась, – посмотрев на лежавших, сказал моложавый, но седой мужчина.

Два его помощника стояли у глайдера, ожидали, к чему приведут переговоры.

– А что, какие-то проблемы?! – слегка выпятив челюсть, с напором спросил я.

– Нет, мне все равно, кого брать. Но тут четверо, а не восемь, как сообщалось.

– Зато у всех стоят нейросети, что изрядно поднимает их цену.