– Пилот достал прозрачную емкость из кремнепластика, очень прочного тяжелого материала, который плавился только при помощи температур, приближенных к температуре плазмы, поставил на стол, поджег фитиль и завозился, извлекая из шкафчика металлический ковшик, судя по виду, приблизительно того же возраста, что и баночка со слонами. – На, набери воды!

Анна-Бель, завороженно смотревшая на настоящий огонек, горевший над колбой, вздрогнула и поспешила исполнить приказ.

Вода в ковшике вскипала медленно. Пилот и его гостья сидели напротив друг друга и наблюдали, как на серых стенках появляются маленькие пузырьки. Они отрывались от стенок и устремлялись к поверхности воды.

– Почему у тебя нет обычного самонагревающегося чайника? – спросила Анна-Бель.

– Есть. – Джерри явно дремал с открытыми глазами, и она вновь ощутила укол совести.

– Тогда зачем мы сидим и ждем?

– Просто… так вкуснее. – Дождавшись, когда пузырьки станут крупнее, он сдернул ковш, не давая воде забурлить, аккуратно разлил кипяток по чашкам, куда уже была насыпана заварка. – Теперь ждем ровно три минуты.

Не вставая, он достал из шкафчика настоящие песочные часы и перевернул, чтобы песок высыпался в нижнюю колбу.

– Вот, готово, – удовлетворенно заметил мужчина, когда песок весь просыпался.

Анна-Бель нерешительно взяла одну из чашек, пригубила. Вкус был терпкий, слегка древесный, и в то же время в нем не было той горечи, которая обычно присутствовала в чае, заваренном из пакетика или капсулы.

Девушка обхватила чашку двумя руками, грея ладони, и посмотрела поверх нее на мужчину, в чью жизнь она так бесцеремонно ворвалась:

– За что? – Он слегка нахмурился.

– За все: за этот брак, за то, что теперь вынужден терпеть меня здесь… – Голос оборвался, она снова шмыгнула носом.

Джерри протянул руку, накрывая ее ладонь своей.

– Эй! – Он дождался, когда она посмотрит на него, и лишь тогда произнес: – Давай проясним все раз и навсегда. Если бы я сам не хотел, то ничего бы не было: ни этого брака, ни тебя в моем доме, надеюсь, это ясно?

Он выжидающе замолчал и продолжил, лишь когда она кивнула:

– Поэтому закрываем тему вечной вины, допьем чай и спокойно ляжем спать.

– Тебе же завтра рано вставать, – спохватилась девушка. – А я тебя разбудила…

– Я сам проснулся, – пробурчал пилот. – Пить надо было меньше или закусывать раньше…

Анна-Бель прикусила губу, но все равно хихикнула. Джерри тоже улыбнулся, одним глотком допил чай, выплюнул чаинку, попавшую в рот вместе с водой, и встал:

– Сама заснешь или мне подежурить?

Девушка взяла чашки, чтобы помыть.

– Ложись спать, я и так чувствую себя виноватой перед тобой.

– Ладно. – Мужчина зевнул. – Позвони мне завтра, как проснешься, ладно?

– У меня же отключен номер, – напомнила она.