Из имения леди обязана была выехать при герцоге, подтверждая условия договора, но никто не ограничивал время её пути в дороге. Поэтому чета Дан-Орис остановилась на некоторое время в городе, делая покупки и нанося визиты некоторым важным персонам.

Город гудел. Наместник освободил должность, и все ожидали, делали ставки, кого же поставят на этот пост. Через господина Инжи Ксения тоже сделала ставочку. Посетив хран, оставив необходимые распоряжение по наследству Орисов, землянка при детях поделили драгоценные камни, которые оставил Арман в свой последний визит. Потом открыла счет своему воспитаннику и положила ему капитал равный стоимости небольшого дома плюс новый корабль. Всё как обещала когда-то. Остальное Вит должен заработать сам.

Как не тянула с отъездом Ксения, а ехать пришлось. Она оставляла взрослых Александра с Алексеем, и сердце болело за Алика. Старшие поклялись приглядывать за ним, заботиться и быть семьёй.

В дороге Ксения записывала понравившиеся гостиницы и планировала через год, другой, съездить навестить своих сыновей. Если не рассусоливать по дороге, как делает это она сейчас, то путь займёт приемлемое время. Ингвар не торопил Ксению. Ему нравилось, что сквозь грусть, в ней с каждым днем просыпается любопытство к землям, по которым они проезжают. Он отмечал, что всё больше она доверяет ему, что входя в любой дом, гостиницу, она прижимается к нему, а не лезет вперед, как было поначалу. И особенно, щемящую нежность в нём вызывало её старание не привлекать внимание мужчин своей красотой. С ними на Север возвращалась ещё группа воинов, и Харну с Ингваром было спокойней с ними. Но всё же, груженые кареты и внешность Ксении привлекала внимание отдельных владетелей.

Всё имеет свой конец, так и Ксении надоело останавливаться в каждом городе и смотреть достопримечательности. Под конец они гнали, гнали и гнали. Ей было интересно обустроиться на новом месте. Она считала себя уже весьма опытной особой. Начиналась новая жизнь, она манила, и осознание того, что от старой она не отрывается навсегда, а уже придумала как будет поддерживать связь с детьми, всё это будоражило, грело и хотелось хвастливо крикнуть: «Держись Север, я иду!»