были неэффективны с точки зрения как включения в мировую систему, так и выключения из нее.

Для капитализма логическим решением проблемы утилизации/неутилизации определенных зон могло бы стать выпадение их из его мировой системы, организация и наведение там порядка на новых, современных, пусть и некапиталистических основах. Но таковые в мировой системе капитализма могли быть только антикапиталистическими. Иными словами, на определенном этапе развития капиталистической системы в ней объективно возникает не просто возможность возникновения антикапиталистической зоны, но даже спрос на нее, потребность в ней, в том, чтобы она непроизводственным и пусть некапиталистическим путем решила для капитала проблемы, которые он сам не мог решить при данной форме организации самого капиталистического производства.

Если несовпадение субстанции и функции капитала по линии производительных сил и производственных отношений породило возможность существования антикапиталистической зоны, потребность в ней и даже примерно очертило ее контуры, то другое проявление этого несовпадения — между властью и собственностью — предоставило социосистемные средства для реального возникновения такой зоны.

Автономно-обособленное существование властных государственно-политических форм, создание или овладение которыми не требовало капитала-субстанции в качестве необходимого условия, означало возможность использования их как форм организации любыми социальными группами в мире, Эти группы могли применить их против кого угодно — против других групп, всего народа, против самого капитализма.

Этот капитал-субстанцию можно использовать только положительно по отношению к капитализму. Капитал-функцию, будь то государственно-политическая или идеологическая (например, марксизм), ее формы, можно использовать и положительно, и отрицательно. Следовательно, капитализм как мировая система, расплачиваясь за неспособность положительно производственно и политически освоить мир, который он на рубеже XIX–XX вв. охватил как система производственных отношений и обмена, не только выработал потребность в некапиталистической/антикапиталистической зоне, но и выковал средства удовлетворения этой потребности. И потребность, и средства возникли как формы существования и воспроизводства основного противоречия капитала — между субстанцией и функцией.

В соответствии с внутренней логикой развития капиталистической системы функциональная капитализация мира опережала субстанциональную.