— Зачем? Чтобы продлить мучения тем, кто сумеет укрыться в подвале? — невесело ухмыльнулся Бобров. — Кладите мешки ровнее, в два ряда! Не дёргайся, солдат, мы с честью выполним свой долг.

— И выживем, если будем работать сообща, — громко сказал я, и несколько бойцов взглянули на меня как на психа. Но другие заулыбались, а это было важнее. Сейчас самое поганое, что можно сделать — опустить руки. — Ещё раз — всем, кто не обороняется, расчищайте проход, идите в соседний бункер!

— Не стоит врать им в глаза, — прошептал комендант. — Лучше ледяная решимость, чем ложная надежда. А побегом они ничего не добьются, только умрут под когтями других, а не этих тварей.

— Я и не собирался врать. Шанс есть всегда.

— Ну да, ну да, — покачал головой Бобров. — У нас теперь только один путь. Как и должно было быть. Мы пережили всех соратников и соседей на слишком большой срок.

— Внимание! Сейчас будет прорыв! — крикнул я, когда после очередного удара рельсовой пушки кусок бетона, размером с человеческую голову, рухнул нам под ноги. — Приготовились! Ждё-ём!

Несколько десятков человек, храбрецы из рыцарского копья Данилы и добровольцы из пехоты, включая моих товарищей-десятников, замерли за баррикадой, положив стволы ружей, винтовок и автоматов на мешки. Быков тяжело дышал, двумя руками вцепившись в пушку. Манулов же, наоборот, ухмылялся и чуть прищурился, держа два револьвера на весу.

Грохот на мгновение оглушил. Снаряд твари ударил совсем рядом, пробив потолок в десятке сантиметров от прошлой дыры. И мне пришлось прилагать все усилия, чтобы не отвернуться, а лишь прикрыть глаза от пыли. А через несколько мгновений тварь ударила ещё раз, и здоровенный треугольный кусок потолка рухнул в нескольких метрах от нас.

— Пли! — крикнул я, и сделал первый выстрел, целя в едва открытую щель. Даже без прицела Сары я был на сто процентов уверен — попал. Ведь в то же мгновение сверху рухнуло тело с простреленной головой, а затем поток тварей рванул вниз только для того, чтобы столкнуться со стальным дождём.

Зомби откидывало выстрелами назад, опрокидывало, разворачивало удачными попаданиями в плечи и голову. А они продолжали переть напролом, не жалея себя. Или скорее их не жалели, посылая для того, чтобы низшие заняли и отвлекли нас. Старшая тварь, похожая на убитую нами как уродливый брат-близнец, только вытянутый под три метра, прицелилась через тела своих сородичей.

Но я выстрелил первым. Длинная очередь на половину магазина прошла между тварями и ударила по наведённой на нас пушке. Её дёрнуло в сторону, увело, и выстрел ушёл куда-то вверх. А прежде чем она сумела перезарядиться, в игру вступили наши пушки, выплюнувшие по снопу огня.